Поиск



Новости Статьи

Государство и право


Аналитика и обзоры законов


Обзор прессы

Экспертное мнение

Правовые новости


Май
1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Опрос


По вашему мнению, готовы ли родители платить за школьное образование?

образование должно быть бесплатным;
родители и сейчас платят, только не напрямую;
готовы оплачивать только дополнительные кружки и факультативы;
на образование ребенка не жалко любых денег.

Подписка


Подпишитесь на новости:

Реклама


VFF-S
Вниз

275. Операция «Преемник»

Реорганизация власти
Материалы СМИ
16.09.08-21.09.08

  1. «Медведя» – на голодный паек? «Известия», 16.09.08.
  2. «Слушай, бронетехника пришла или как?» «Газета.Ru», 16.09.08.
  3. В отношении России Запад совершает ошибку. «El Pais», 16.09.08.
  4. Не лгал ли Саакашвили? Запад начинает сомневаться в грузинском лидере. «Spiegel», 16.09.08.
  5. Возвращение в большую игру. «Известия», 17.09.08.
  6. Протекторат или аннексия. «Газета.Ru», 17.09.08.
  7. Ускользающая dolce vita. «Газета.Ru», 17.09.08.
  8. Путин и Сталин перед лицом российской истории. «Les Echos», 17.09.08.
  9. Почему мы должны бояться Путина. «USA Today», 17.09.08.
  10. Моральное преимущество победителей. «Известия», 18.09.08.
  11. «Большая битва» в ООН. «Известия», 18.09.08.
  12. Для мира этот предлог не нужен. Личный переводчик первого президента СССР Павел Палажченко перевел с дипломатического языка на русский «план Медведева-Саркози». «Новая газета», 18.09.08.
  13. Устами председателя. Россия получила поддержку своих действий на Кавказе. «Российская газета», 18.09.08.
  14. Сепаратизм ушел с Кавказа. Сегодня главным вызовом безопасности государства на Северном Кавказе является не этносепаратизм, а радикальный исламизм. «Газета.Ru», 18.09.08.
  15. Кремлевские неоконы-реалисты. «Khaleej Times», 18.09.08.
  16. Сильнее чем 'Правда': Figaro подвергает цензуре Путина. «Marianne», 18.09.08.
  17. Сегодня мы не на параде. Сегодня на телевидении отчаянно пиарят президента России. «Русская Германия», 18.09.08.
  18. Медведев призвал послов не размениваться по мелочам. «Известия», 19.09.08.
  19. Путин: «Wieviel?»* Шредер: «Hundert millionen». «Комсомольская правда», 19.09.08.
  20. Медведев против конфликта с Западом. «Независимая газета», 19.09.08.
  21. Государство – это я. Сегодня независимость провозглашают не только части государств, но и города, острова и даже хутора. «Новые Известия», 19.09.08.
  22. Закат тучных лет. «Газета.Ru», 19.09.08.
  23. Расплата «поколения нулевых». «Газета.Ru», 19.09.08.
  24. Россия диктует миру законы, потому что миру нужны ее товары. «The Financial Times», 19.09.08.
  25. США предупреждают: агрессивной России грозит положение изгоя. «The Guardian», 19.09.08.
  26. Признания военных России доказывают версию Грузии. «Postimees», 19.09.08.
  27. Кондолиза Райс: 'Мы надеемся, что российское руководство сделает ответственный выбор'. «Voice of America News», 19.09.08.
  28. «Нас выталкивают за железный занавес». Дмитрий Медведев разъяснил общественности текущий момент. «КоммерсантЪ», 20.09.08.
  29. Ходорковский: Если Россия не права, Европа должна об этом говорить во весь голос. «Le Figaro», 21.09.08.
  30. М. Саакашвили: 'Россия настолько уязвима!' Русские все спланировали заранее. «Le Monde», 21.09.08.
  31. С финансовым кризисом в России ставки для Путина растут. «The Washington Post», 21.09.08.
      Другие материалы:
  • Содержание раздела
     
  • Послание-2006
  • Послание-2007
  • Бюджетное послание-2006
  • Бюджетное послание-2007


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    «Медведя» – на голодный паек?

         Выхожу в зал прилета в Хитроу. Как обычно, у многих встречающих – плакатики с именами тех, кого ждут. Но над ними угрожающе нависает серое полотнище, которое держат двое: «Закрыть Лондон от русских...»
         В «Телеграф», которую покупаю в аэропорту, бьет в глаза заголовок: «Агрессор не покидает Грузию», а «Санди таймс» стряхивает пыль с архивного материала тринадцатилетней давности: «Это хуже, чем Ленинград», – признаются те, кто выжил в Грозном после русской осады...»
         И таксист, заметив на чемодане бирку «Аэрофлота», сразу принимается рассуждать: «У вас сейчас столько нефти, газа, денег. Жили бы спокойно и никого не трогали. А теперь наше правительство вводит против вас санкции».
         Прошел уже месяц после начала военного конфликта с Грузией, а официальный Лондон продолжает упорно твердить о необходимости «наказать агрессора». Исключить из «большой восьмерки». Прекратить торговлю. Заморозить банковские счета. И... перестать обслуживать покупателей из России в британских магазинах. Правда, идея «посадить медведя на голодный паек», которую озвучил лидер оппозиции Дэвид Кэмерон, вызвала поток язвительных реплик даже в самой Англии. Как отличить русского, предположим, от поляка? – удивляются местные газеты. И что, драться с ним или при виде него быстренько засовывать товары и продукты под прилавок?
         Открыв после долгого перерыва мою здешнюю электронную почту, вижу немало писем о Грузии. Кое-кто клеймит Москву, сообщает о мероприятиях «в защиту невинных жертв».
         Больше всего меня покоробила записка от давнего знакомого – профессора современной истории из Оксфордского университета. Я должен был приехать к нему 12 сентября, но профессор отменил встречу.
         Мы виделись и в разгар грандиозной шумихи вокруг гибели Литвиненко, и когда прошлым летом с берегов Темзы выслали четверых «русских шпионов». Что же сейчас с ним случилось? Через пять минут получаю ответ на мой вопрос: «Тема, которую мы собирались обсуждать, потеряла актуальность. Мир стал другим».
         Зимой влиятельный британский Королевский колледж проводил конференцию «Радикализация и политическое насилие». На ней делегаты из 23 стран предлагали различные варианты межгосударственного взаимодействия в связи с ростом экстремизма и насилия. Тогда-то профессор «забросил» идею собрать в Лондоне на международный семинар организации, занимающиеся евро-атлантическим сотрудничеством, пригласив и российскую ассоциацию.
         Значит, после событий в Южной Осетии совместная борьба против террористов и прочих ультра не нужна? И на планете не осталось никаких угроз, кроме «зловещей России»? И все контакты с нами надо обрубить?
         Когда буря негативных эмоций во мне чуть поутихла, посылаю E-mail: «Сейчас, когда «верхние слои» на Западе ведут себя неадекватно, роль общественных организаций становится особенно важной. Вы еще недавно говорили мне об этом. Вы также признавали, что в периоды обострения любой международной ситуации как раз евро-атлантическое сотрудничество дает возможности для продуктивного диалога. Теперь Ваша точка зрения изменилась? А как Вы относитесь к словам российского президента, который недавно заявил, что нужна настоящая евро-атлантическая безопасность (обратите внимание: не межатлантическая, а евро-атлантическая), и надо строить «новое европейское здание»? Эта задача особенно «актуальна» (цитирую Вас, прямо как Пушкина!) в связи с предстоящим размещением систем ПВО у российских границ и другими событиями последнего времени, которые Вам, убежден, хорошо известны».
         К этой записке можно было бы многое добавить. Совершенно ясно, что НАТО – инструмент американского военно-политического доминирования, который враждебно настроен к России. Чего стоит недавнее решение блока подключить Грузию к своей системе контроля за воздушным пространством. Тбилиси получает информацию об авиатрафике НАТО, а альянс – от грузинских радаров. Правда, они разрушены ударами российских ВВС. Значит, следующий шаг – восстановление радаров с помощью НАТО, как же иначе их контролировать?
         Россия последовательно развивала партнерские отношения с НАТО. Но другая сторона предпочитала иллюзорно-лицемерное партнерство, окружая нас частоколом военных баз и современного оружия. Поэтому если сотрудничество полностью прекратится, для России не произойдет ничего сверхтрагического. Однако надо ли доводить дело до этого?
         Тем более что у европейских лидеров внутренняя сдержанность явно сильнее, чем у предводителей Америки. Вообще нельзя говорить о «совокупном» Западе. Здешние политологи признают, что британские власти и на «грузинском фронте» примостились ближе других членов НАТО к заокеанскому «патрону» и это пагубно для страны. Ведь из-за финансового кризиса на Альбион надвигается просто катастрофическая зима с взлетевшими до небес ценами на газ, отопление, продукты. Зачем же усугублять проблемы ради благосклонности Вашингтона?
         Согласен с английским профессором в том, что мир стал другим. Но неужели видный ученый, профессиональный историк рассчитывает выйти из сегодняшней конфронтации с помощью «кулака» НАТО или «голодного пайка»? Он же сам всегда ратовал за переговоры, поиск компромисса.
         Ответа из Оксфорда я так и не получил. Похоже, наши оппоненты не рискуют плыть против течения.

    Михаил Озеров
    , вице-президент российской Ассоциации Евро-Атлантического сотрудничества, публицист (Лондон).

    © «
    Известия», 16.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    «Слушай, бронетехника пришла или как?»

    Загружается с сайта Газета.Ru      Тбилиси обнародовал записи телефонных переговоров, якобы перехваченных 7 августа. В них южноосетинские пограничники выясняют, прошла ли российская тяжелая техника Рокский перевал или еще нет. Эти данные, по мнению грузинской стороны, полностью подтверждают, что Москва выступила как агрессор. В российской столице предпочли от обвинений отмахнуться.
         Грузия выложила во вторник на стол аргументы, которые, по ее мнению, подтверждают, что российские войска вступили на территорию Южной Осетии 7 августа, то есть до начала обстрела Цхинвали грузинской армией.
         Грузинское министерство внутренних дел обнародовало записи якобы перехваченных той ночью телефонных переговоров между южноосетинскими пограничниками, которые свидетельствуют в пользу правдивости версии официального Тбилиси.
         «Перехваченные звонки подтверждает, что первые подразделения российской регулярной армии и тяжелая техника вошли и прошли Рокский туннель рано утром 7 августа, за 12 часов до того, как грузинским силам был отдан приказ о мобилизации», – указывается в сопроводительном комментарии грузинского МВД. Как указал агентству Reuters глава министерства Шота Утиашвили, Тбилиси располагает «и другими полными доказательствами» своей правоты и уже поделился ими с западными разведслужбами. Расшифровки перехваченных переговоров, указывает The New York Times, попали в американские и европейские спецслужбы еще на прошлой неделе.
         Грузинская сторона сделала свой собственный перевод перехваченных разговоров, которые велись на осетинском. Время разговора между 3.41 и 3.52 утра 7 августа. Участники – высокий чин в южноосетинской погранслужбе и военнослужащий по фамилии Гасиев, наблюдавший вход российской 58-й армии.
         «Пограничник», считает Тбилиси, говорит о российских войсках: «Они выдвинули БМП, и тоннель теперь полон».
         Во втором отрывке «чин» задает военнослужащему вопросы:
         – Слушай, бронетехника пришла или как?
         – Бронетехника и люди.
         – Они вошли сейчас?
         – Да, 20 минут назад. Когда я вам позвонил, они уже выходили из тоннеля.
         Двойной перевод, с осетинского на русский, а затем на английский, выполненный силами сайта The New York Times, отличается от грузинского только стилистически, не меняя смысла, указывает агентство AFP.
         Неназванные российские военные, с которыми западные СМИ успели во вторник связаться, с выводами призвали не спешить. По их мнению, подлинность самих записей может и не вызывать сомнений, но расставлять точки над i на основании таких отрывков невозможно.
         Российская сторона указала, что перехват мог быть сделан и в другое время, например, во время обычной ротации российских миротворцев, находившихся на территории Южной Осетии уже 15 лет.
         Однако The New York Times отмечает, что грузинские обвинения частично подтверждаются данными западных разведок, согласно которым два батальона 135 полка прошли через тоннель в Южную Осетию либо ночью 7 августа, либо рано утром 8 августа.
         Косвенным тому подтверждением является и вызывавшая немало шуму статья от 3 сентября в российской газете «Красная звезда», официальном органе Минобороны РФ. В ней капитан 135-го полка Денис Сидристый рассказывает о том, что 7 августа его части приказали прекратить учения и взять курс на Цхинвали. Затем в публикации появились изменения: 7 число было заменено на 8-е. Западной прессе связаться с капитаном Сидристым не удалось.
         Мэтью Брайза, заместитель помощника госсекретаря США, находящийся сейчас в Тбилиси, подтвердил, что Грузией предъявлены новые доказательства. «(Эти доказательства) буквально из самой гущи боя, и мне кажется полной правдой, что высшее грузинское действительно верило, что российское войска уже прошли через Рокский тоннель в ночь на 7 августа», – поделился он своими впечатлениями с Reuters.
         Официальный представитель российского МИДа Андрей Нестеренко предпочел от грузинских обвинений отшутиться. По его мнению, обсуждать запущенную в СМИ информацию о том, что кто-то что-то слышал попросту «несерьезно».
         Он посоветовал обратиться к спутниковым данным, которыми располагают страны НАТО. Именно эта информация, по его словам, и сможет подтвердить, что в конфликте именно Грузия выступила как сторона-агрессор, начав обстрел Цхинвали из тяжелой артиллерии. «Я был бы чрезвычайно признателен, если бы они поделились этими данными с нами и всем международным сообществом», – заметил дипломат.

    ЛЕВ МАКЕДОНОВ.
    © «
    Газета.Ru», 16.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    В отношении России Запад совершает ошибку

    Попытки превратить Россию в сателлита Запада – не более чем бредовая идея, от которой надо отказаться, иначе она приведет к Третьей мировой войне

         Испокон веков известно, что если иностранная армия окружает город, то она намерена заставить его капитулировать либо собирается атаковать и уничтожить его. История полна такого рода примеров. Дух завоевания и стремление доминировать пронизывают мировую историю на протяжении веков вплоть до наших дней.
         Вполне естественно, когда великая нация противится военной осаде США.
         Любому объективному наблюдателю, который взглянет на карту мира и обдумает то, что сегодня происходит, придется признать, что не город, а целая страна (граничащая через Берингов пролив с США и занимающая огромные просторы евроазиатского континента, страна, воевавшая в Первой мировой войне на стороне либеральных держав того времени, а во Второй мировой войне сыгравшая решающую роль в уничтожении мощной фашисткой военной машины, без поражения которой не существовала бы сегодня свободная Европа) подвергается военной осаде США – либо напрямую, либо посредством НАТО.
         Предлогом для этой масштабной операции, о которой не могли мечтать ни Цезарь, ни Александр, ни Наполеон, является то создание американского противоракетного щита, то терроризм Бен Ладена, то защита права Косово на самоопределение, то отказ в этом же праве Осетии и Абхазии. Но сколько бы слов и чернил ни тратилось на обоснование этого предлога, он несостоятелен.
         Операция эта не нова. Реализацию подобной операции мы уже видели и раньше. Я имею в виду, как читатель наверняка уже догадался, 'холодную войну', развязанную США при поддержке Европы против СССР. Правда, в те времена имелись идеологические мотивы, которые в глазах значительной части общественности могли оправдывать подобную политику: в СССР существовала социально-экономическая модель, представлявшая опасность для капиталистической системы. Называли эту модель коммунизмом, хотя она всего-навсего была общественной структурой, где вся собственность находилась в руках государства. Тем не менее, вместе с однопартийной системой это служило обоснованием упомянутой 'холодной войны'.
         Но та система рухнула, и российское государство на мгновение пошатнулось, как раненый исполин, утратило свою мощь и, казалось, было близко к распаду. Изменилась социальная система, зародился дикий капитализм, когда новая буржуазия завладела богатствами, созданными руками всего народа, появились 'новые русские' и политический плюрализм с партиями, защищающими интересы различных социальных слоев, прошли выборы в западном стиле – и Россия вернулась в капиталистический мир. Обширные территории в Европе, в Средней Азии, в Закавказье и в Причерноморье, веками принадлежавшие Российской Империи, а позже Советскому Союзу, обрели независимость и превратились в новые независимые государства. Возникшая на руинах Советского Союза Россия согласилась с происшедшими изменениями и медленно, опираясь на свои природные богатства, в первую очередь на запасы нефти и газа, начала вставать на ноги. И мир убедился, что несмотря ни на что Россия продолжала оставаться великой державой, хоть и утратившей часть международного веса. В самом деле: Россия проиграла 'холодную войну', но не исчезла. Она осталась там же, где и была, являясь частью мирового сообщества и занимая выгодное положение между Азией и Европой.
         Что же сегодня пытаются делать те, кто обещал новый мировой порядок на основе мира и сотрудничества на планете? Возводят барьеры подозрительности вокруг сегодняшней России, напоминающие буферные зоны вокруг Советского Союза, перемещают свою военную структуру в новые европейские и азиатские государства, окружают Россию военными объектами. Более того, клон Буша, коим становится Маккейн, уже включает Россию наряду с Ираном в число государств, угрожающих США и Западу.
         Давайте трезво оценим сегодняшние реалии: современная Россия идеологически уже не отличается от Запада. Вероятно, ее модель демократии имеет недостатки. Но разве демократия в США, особенно в эпоху президентства Буша, совершенна? А Гуантанамо? А отказ от принципа неприкосновенности личности? А тысячи заключенных, в течение долгих лет томящихся в тюрьмах без суда и без предъявления обвинения? А секретные тюрьмы американцев в других странах, где заключенных подвергают пыткам? Объективному наблюдателю приходится признать, что конфликт между Россией и Западом не имеет сегодня иных причин, кроме той, которая вызвала большинство известных человечеству войн: империалистический эгоизм.
         У России есть нефть, газ и другие природные ресурсы, и если ее окружают, то для того, чтобы отнять их у нее.
         Мы должны осознавать, что живем в мире, который несколько лет назад был двуполярным, но теперь с неизбежностью движется к многополярности: Китай и Индия – самые очевидные примеры – уже стучатся в дверь.
         Безвременье между двуполярностью к многополярностью используется США, чтобы попытаться стать единственным мировым лидером. Но помимо того, что это в принципе невозможно, США доказали, что не годятся на эту роль, потому что единственное, что им удалось, это установить царящий сегодня новый мировой беспорядок.
         Попытки превратить Россию в сателлита Запада – не более чем бредовая идея, от которой надо отказаться, иначе она приведет к Третьей мировой войне. Пока мы еще можем это предотвратить. Если мир не хочет продолжать двигаться к своему трагическому концу, необходимо радикальное изменение политического курса.
         Я понимаю, что такая постановка вопроса может показаться преувеличением, но в мировых центрах власти хватает 'образованных идиотов' и просто сумасшедших, их столько, что если они взлетят, то затмят солнце. Если мы утратим бдительность, может оказаться слишком поздно для перемен, для изменения курса мировой политики.
         На всей планете сегодня существует ощущение – возможно, пока неясное – необходимости перемен, срочных перемен. Тем печальнее наблюдать регулярные, но безрезультатные встречи политиков и дипломатов, неспособных разрешить застарелые конфликты и проблемы.
         Сантьяго Каррильо – бывший генеральный секретарь Коммунистической партии Испании, политический обозреватель

    Сантьяго Каррильо (Santiago Carrillo), («El Pais», Испания).
    © «
    ИноСМИ», 16.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Не лгал ли Саакашвили?

    Запад начинает сомневаться в грузинском лидере

    Загружается с сайта ИноСМИ      Прошло пять недель после войны на Кавказе, и настроения начинают меняться не в пользу грузинского президента Михаила Саакашвили. Данные некоторых западных разведывательных источников развенчивают тбилисскую версию событий. Теперь по обе стороны Атлантики звучат призывы к проведению независимого расследования.
         Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) выглядит усталой. Со вторника прошлой недели она заседает в Сенате США. Даже ее костюм – надетый поверх черной блузки бежевый пиджак выглядит поблекшим.
         Куда делся глянец съезда демократов в Денвере, где партия назначила Барака Обаму (Barack Obama) своим кандидатом в президенты? Куда делись ее собственные мечты о выдвижении? Клинтон вернулась к своим повседневным делам. Она участвует в заседании сенатского комитета по делам вооруженных сил, на котором обсуждается конфликт между Россией и ее крошечным соседом Грузией.
         Клинтон в ходе дебатов выступает одной из последних. Даже голос у нее усталый. Но как политик она ничуть не изменилась, и говорит Клинтон прямо и по существу.
         'Не подтолкнули ли мы грузин каким-то способом' к применению военной силы, спрашивает она членов комитета. В достаточной ли мере администрация Буша предупреждала Москву и Грузию о последствиях войны? И как могло случиться, что начало боевых действий застало Соединенные Штаты врасплох? Все эти вопросы, говорит Клинтон, должна изучить американская комиссия, которой 'в первую очередь необходимо установить реальные факты'.
         Хотя выступление Клинтон длится всего несколько минут, ее слова показывают, что отношение к Грузии в Соединенных Штатах постепенно меняется.
         Для американцев вся эта война на далеком Кавказе, который находится где-то там, в Старом свете, была борьбой между гигантской экспансионистской державой и маленькой демократической нацией, которую эта держава хотела поработить. А нападение на Грузию было совершено лишь потому, что 'мы хотим быть свободными', как почти ежечасно заявлял перед камерами CNN президент Михаил Саакашвили.
         'Сегодня все мы грузины', – объявил миру кандидат в президенты от Республиканской партии Джон Маккейн (John McCain). Неоконсервативный комментатор Роберт Каган (Robert Kagan) сравнил действия русских с вторжением нацистов в Судетскую область Чехословакии с 1938 году. А вице-президент США Ричард Чейни (Richard Cheney) во время встречи с Саакашвили заверил его, что Вашингтон поддерживает грузинского президента в его самом заветном стремлении – вступить в НАТО.
         Но прошло пять недель после окончания войны на Кавказе, и ветры в Америке начинают дуть в ином направлении. Даже Вашингтон начинает подозревать, что его друг и союзник Саакашвили в действительности мог оказаться азартным игроком, который разжег кровопролитную пятидневную войну, а затем начал нагло врать Западу. 'Озабоченность в отношении России сохраняется', – говорит эксперт по России и директор консервативного Никсоновского центра из Вашингтона Пол Сондерс (Paul Saunders). Его слова подтверждают оценку Запада, состоящую в том, что российская акция военного возмездия против крошечной кавказской страны Грузии была несоразмерной, что Москва нарушила нормы международного права, признав сепаратистские республики Южную Осетию и Абхазию, и что она использовала Грузию в качестве примера, дабы продемонстрировать возрождение своих имперских устремлений.
         Но затем Сондерс смягчает тон своего заявления: 'Все больше и больше людей осознает, что в этом конфликте есть две стороны, и что Грузия была в нем не столько жертвой, сколько добровольной участницей'. Члены администрации президента США Джорджа Буша также начинают пересматривать свои позиции. Грузия 'вошла в столицу Южной Осетии' после серии провокаций, заявляет заместитель госсекретаря по европейским и евразийским делам Дэниел Фрид (Daniel Fried).
         Не говорит ли это о том, что заявления Америки о солидарности с Саакашвили были такими же преждевременными, как и заявления европейцев? Британский премьер-министр Гордон Браун призвал к 'радикальному' пересмотру отношений с Москвой. Шведский министр иностранных дел Карл Бильдт (Carl Bildt) открыто осудил Россию, обвинив ее в нарушении норм международного права. А канцлер Германии Ангела Меркель пообещала Грузии, что в какой-то момент она 'станет членом НАТО, если пожелает'.
         Но теперь громкость звука в антироссийской риторике начали понемногу убавлять. На прошлой неделе министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) публично призвал выяснить, кто же действительно виноват в этой кавказской войне. 'Нам действительно надо знать, кто и в какой мере несет ответственность за военную эскалацию', – заявил Штайнмайер на встрече в Берлине, в которой участвовало более 200 послов этой страны. По его словам, Европейский Союз должен сейчас 'определить наши отношения с участниками этого конфликта на среднесрочную и долгосрочную перспективу', и настало время получить конкретную информацию.

    Какая из сторон первой нанесла удар?
         От выяснения вопроса о том, кто виноват, зависит многое. После этой войны Запад должен ответить, действительно ли он хочет принимать в НАТО такую страну как Грузия, особенно если ее членство будет означать необходимость военного вмешательства на Кавказе в случае возникновения подобных конфликтов. И какого рода партнерства он должен добиваться в будущем от России, которая впервые отстаивает свои сферы влияния не менее настойчиво, чем США?
         Попытки восстановить события пятидневной августовской войны по-прежнему крутятся вокруг одного и того же ключевого вопроса: какая из сторон первой нанесла военный удар? Приходящая из НАТО и Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) информация рисует теперь картину, которая во многом отличается от той, что превалировала в первые дни битвы за столицу Южной Осетии город Цхинвали. И она порождает сомнения у западных политиков.
         Грузинские власти по-прежнему утверждают, что война началась в четверг 7 августа в 23 часа 30 минут. Согласно их версии, в это время они получили доклады разведки о том, что примерно 150 российских военных машин через проходящий сквозь Главный Кавказский хребет Рокский тоннель вошли на территорию Грузии, в самопровозглашенную республику Южная Осетия. Их целью, заявляют грузины, был Цхинвали. С 3 часов ночи туда начали прибывать новые военные колонны.
         'Мы хотели остановить российские войска, прежде чем они дойдут до грузинских деревень, – заявил недавно Саакашвили журналу SPIEGEL, объясняя причины приказа на совершение марша, который был отдан его армии, – когда наши танки выдвинулись к Цхинвали, русские начали бомбить город. Это они – не мы – превратили город в руины'. Но согласно докладам ОБСЕ о тех критических часах, ситуация выглядела иначе.
         У ОБСЕ в Южной Осетии имеется миссия наблюдателей, которая оказалась меж двух огней, когда началась война. Согласно так называемому оперативному докладу, который был составлен представителями ОБСЕ в 11:00 8 августа по грузинскому времени, 'незадолго до полуночи центр Цхинвали подвергся мощному обстрелу, в котором предположительно участвовали реактивные системы залпового огня и артиллерийские орудия, расположенные вне зоны конфликта. В офис миссии в Цхинвали попал снаряд, и три находившихся там иностранных сотрудника были вынуждены укрыться в подвале'.
         Такие оперативные доклады регулярно направляются в венскую штаб-квартиру ОБСЕ, которая объединяет в своем составе 56 стран-членов. Доклад от 8 августа носил нейтральный характер, отражая тот факт, что и Грузия, и Россия являются членами данной организации. Поэтому содержащаяся в таких докладах информация изначально не содержит никаких оценочных суждений. Например, в них просто указываются те места, в которых русские нарушили воздушное пространство Грузии, или какие югоосетинские деревни оккупировали грузины.
         Как удалось выяснить журналу SPIEGEL, НАТО к тому времени уже сделала гораздо более определенные выводы. Международный объединенный штаб альянса, который осуществляет всю подготовительную работу для Военного комитета НАТО, являющегося высшим военным органом управления блока, быстро проанализировал имевшийся в его распоряжении материал. В Военный комитет НАТО входят офицеры изо всех 26 стран-членов.
         Во второй половине дня 8 августа эксперты НАТО были не в состоянии в полном объеме установить масштаб выдвижения русских, которое Саакашвили позже назвал нападением, а Москва операцией по 'принуждению к миру'. Тем не менее, эти эксперты к тому времени уже начали предупреждать коллег о том, что в свете первых российских ударов с использованием боевой авиации и тактических ракет следует ожидать, что Москва не останется безучастной.

    Расчетливое наступление Грузии
         Но уже тогда офицерам НАТО в брюссельской штаб-квартире альянса было ясно одно. Они считали, что конфликт начала Грузия, и что в ее действиях скрывается глубокий расчет, а не просто намерение обороняться или нанести удар в ответ на провокации России. На самом деле, офицеры НАТО полагали, что грузинское нападение это хорошо просчитанное наступление против позиций Южной Осетии, осуществляемое для того, чтобы поставить всех перед свершившимся фактом. Они невозмутимо называли произошедшие накануне перестрелки малозначащими происшествиями. Руководители НАТО совершенно четко представляли себе, что такими стычками ни в коей мере нельзя оправдать подготовку Грузии к войне.
         Эксперты НАТО не подвергали сомнению утверждения Грузии о том, что их спровоцировали русские, направив свои войска через Рокский тоннель. Но в их оценках происходящего были большие сомнения, что именно в этом заключаются истинные причины действий Саакашвили.
         Те данные, которые западные разведслужбы получили от своей радио– и радиотехнической разведки, полностью согласуются с натовскими оценками. Согласно этой разведывательной информации, грузины к утру 7 августа сосредоточили на границе с Южной Осетией примерно 12 тысяч человек личного состава. Возле Гори было собрано семьдесят пять танков и бронетранспортеров, или треть всего грузинского арсенала. Очевидно, Саакашвили намеревался в ходе 15-часового блицкрига дойти до Рокского тоннеля и перекрыть эту соединяющую север и юг Кавказа артерию, по сути дела, отрезав Южную Осетию от России.
         По словам Саакашвили, в 22 часа 35 минут 7 августа, то есть менее чем за час до входа российских танков в Рокский тоннель, грузинские войска начали артиллерийский обстрел Цхинвали. Грузины использовали при этом 27 ракетных установок, 152-миллиметровые орудия, а также кассетные боеприпасы. Три бригады начали ночное наступление.
         Разведка следила в эфире за тем, как русские звали на помощь. 58-я армия, отдельные части которой дислоцировались в Северной Осетии, была, видимо, не готова к боевым действиям, по крайней мере, в ту первую ночь.
         С другой стороны, грузинская армия состояла в основном из пехотных групп, которые были вынуждены передвигаться по основным дорогам. Вскоре они застряли и оказались не в состоянии пройти мимо Цхинвали. Западная разведка поняла, что грузины 'плохо управляются' со своим оружием. Имелось в виду, что грузины плохо воюют.
         Разведка также пришла к выводу, что российская армия начала огонь не ранее 7:30 утра 8 августа, когда был произведен пуск баллистической ракеты малой дальности СС-21 по городу Боржоми, находящемуся к юго-западу от Гори. Очевидно, ракета попала по военным и государственным долговременным укрытиям. Вскоре свои первые удары по грузинской армии нанесла боевая авиация. И тут внезапно эфир ожил, как ожила и вся российская армия.
         Российские войска начали свой марш из Северной Осетии через Рокский тоннель не ранее 11 часов утра. Такая последовательность событий говорит о том, что Москва не проводила агрессию, а просто действовала в ответ. В дальнейшем на юг были переброшены дополнительные установки СС-21. Русские развернули группировку численностью пять с половиной тысяч человек в Гори, и еще семь тысяч своих военнослужащих на границе Грузии и второго ее сепаратистского региона – Абхазии.

    Европейские призывы к проведению международного расследования
         Полковник генерального штаба Германии Вольфганг Рихтер (Wolfgang Richter), являющийся старшим военным советником немецкой миссии в ОБСЕ, хорошо владеет ситуацией. Рихтер, находившийся в тот период в Тбилиси, подтверждает, что грузины еще в июле сосредоточили свои войска на границе с Южной Осетией. Во время закрытого совещания в Берлине в прошлую среду он заявил министру обороны Францу-Йозефу Юнгу (Franz-Josef Jung) и ведущим членам комитетов парламента по иностранным делам и обороне, что грузины в определенной мере 'лгали' о передвижениях войск. По словам Рихтера, он так и не смог найти доказательств в подтверждение заявлений Саакашвили о том, что русские выдвинулись в Рокский тоннель еще до того, как Тбилиси отдал приказ наступать. Но и исключить их существование он тоже не может. Для некоторых депутатов парламента его заявления прозвучали как подтверждение российской интерпретации событий. 'Он не оставил места для иных толкований', – заключил один из членов комитета. 'Ясно, что большую ответственность несет грузинская, а не российская сторона', – заявил другой.
         Основываясь на всех этих сообщениях и докладах, западные наблюдатели начали понимать, кто поджег югоосетинскую пороховую бочку. В пылу битвы аналитики по вполне понятным причинам не приняли во внимание историю конфликта, элементом которой являются и многолетние провокации против Тбилиси со стороны России.
         Но теперь настало время Евросоюзу рассмотреть причины, приведшие к войне. Москва недоумевает из-за отказа европейцев осудить Саакашвили за его нападение на Цхинвали и из-за того, что вместо Грузии все настойчиво указывают пальцем на Россию. Один дипломат из российского министерства иностранных дел пожаловался, что европейцам, очевидно, не хватает 'смелости, чтобы выступить против Вашингтона и его союзников в Тбилиси'.
         На неофициальной встрече в южном французском городе Авиньон две недели назад европейские министры иностранных дел призвали провести 'международное расследование' этого конфликта. Логика такого решения требует, чтобы те, кто надеется выступить в роли посредников, беспристрастно проанализировали случившееся на Кавказе. С этим согласились даже министры иностранных дел Великобритании, Швеции, стран Балтии и других восточноевропейских государств. До встречи в Авиньоне они выступали за занятие жесткой позиции по отношению к Москве и за проявление большей солидарности с Тбилиси – независимо от существующих фактов.
         27 министров иностранных дел намерены принять официальное решение по данному вопросу в начале этой недели и назначить расследование. Но остается полностью без ответа вопрос о том, кто возглавит такую деликатную миссию: Организация Объединенных Наций, ОБСЕ, неправительственные организации, ученые – или все они вместе? Ясно только одно: сам Евросоюз не намерен заниматься данным вопросом. Европейцы опасаются, что это лишь усилит раскол между противниками компромиссов и теми, кто выступает за осторожное примирение с Москвой.
         Вспыльчивый тбилисский правитель Саакашвили с растущей обеспокоенностью следит за изменением во взглядах на Западе. Он повторяет собственную версию нападения русских на Грузию, ежедневно выступая по телевидению. Иностранная пиар-компания постоянно засыпает западные СМИ тщательно подобранными материалами, а Тбилиси уже передал это дело на рассмотрение Международного гаагского трибунала по военным преступлениям, обвинив русских в 'этнических чистках'.
         Но Саакашвили уже не так уверен в поддержке союзников. Накануне визита в Тбилиси на этой неделе генерального секретаря НАТО Яапа де Хоопа Схеффера (Jaap de Hoop Scheffer) он призвал западный альянс продемонстрировать решительность, отметив, что проявление слабости перед Москвой приведет к 'нескончаемой российской агрессии'.

    Превратился ли Саакашвили в политический труп?
         Грузинский президент испытывает растущее давление и внутри собственной страны, поскольку единый фронт, возникший во время российского вторжения, начинает рушиться. Те, кто давно уже критикуют Саакашвили и его ближайших помощников, называя их 'авторитарным режимом', вновь начинают повышать голос. В декабре 2007 года бывший министр по урегулированию конфликтов Георгий Хаиндрава, отправленный в 2006 году в отставку, заявил корреспонденту SPIEGEL, что для Саакашвили и его окружения 'власть это все'. За несколько недель до этого Саакашвили использовал против масштабных демонстраций оппозиции в Тбилиси свои полицейские спецподразделения, а затем ввел чрезвычайное положение. В то время Хаиндрава высказал опасение, что скоро Саакашвили может попытаться укрепить свой поблекший имидж 'маленькой победоносной войной' – против Южной Осетии.
         В мае 2006 года экс-министр иностранных дел Саломе Зурабишвили уже предупреждала о возможных действиях своего бывшего босса. То 'мощное наращивание вооружений', которым занимается президент, 'бессмысленно', заявила Зурабишвили. Она отметила, что создается впечатление, будто он собирается разрешить конфликты в Абхазии и Южной Осетии военным путем.
         На прошлой неделе руководители двух крупнейших политических партий Грузии выступили за отставку Саакашвили и призвали создать правительство, которое 'не будет пророссийским или проамериканским, а будет прогрузинским'. В Москве бывший заместитель министра внутренних дел Грузии Темур Хачишвили (бывший министр внутренних дел Грузии – прим. перев.), проведший несколько лет в тюрьме за покушение на убийство предшественника Саакашвили Эдуарда Шеварднадзе, собирает голоса в поддержку смены власти у себя на родине среди живущей в России миллионной грузинской диаспоры.
         Неужели Саакашвили, всего пять недель тому назад пользовавшийся симпатиями и сочувствием Запада как жертва российской агрессии, уже превратился в политический труп? На прошлой неделе он получил поддержку из совершенно неожиданного источника – газеты 'Красная звезда', которая издается российским министерством обороны. Газета опубликовала высказывания одного из офицеров 58-й армии, которые Москва затем опровергла. Это парадокс, но данный офицер разжег сомнения в правильности выводов и заключений западных разведслужб и НАТО, которые заявляли, что российские армейские части пришли в Цхинвали лишь 9 августа.
         В статье 'Красной звезды' рассказывалось о том, что командир роты 135-го мотострелкового полка капитан Денис Сидристый вместе со своим подразделением находился в Рокском тоннеле на пути к Цхинвали в ночь перед 8 августа. Неужели Москва начала вторжение все-таки раньше того срока, о котором говорят русские?
         На прошлой неделе московские следователи также впервые признали, что количество мирных жителей, погибших при нападении грузин на Цхинвали, составляет не 2000 человек, как неоднократно заявляли российские официальные лица, а 134.
         Отвечая на вопрос журнала SPIEGEL о статье в 'Красной звезде', представитель российского министерства обороны сказал, что это результат технической ошибки. Более того, заявил этот представитель, офицер, о котором идет речь, был ранен и поэтому 'не очень отчетливо помнит обстановку'.
         В прошлую пятницу капитан Сидристый, успевший получить от министерства обороны орден Мужества, имел еще одну возможность изложить свою версию на страницах 'Красной звезды'. Согласно исправленной версии выступления Сидристого, его рота выдвинулась к Цхинвали немного позднее, чем он говорил в первый раз.
         Похоже, что в этой короткой кавказской войне пока трудно отделить правду от вымысла.

    Ральф Бесте (RALF BESTE), Уве Клусманн (UWE KLUSSMANN), Кордула Мейер (CORDULA MEYER), Кристиан Нееф (CHRISTIAN NEEF), Матиас Шепп (MATTHIAS SCHEPP), Ганс-Юрген Шламп (HANS-JURGEN SCHLAMP), Хольгер Штарк (HOLGER STARK), («Spiegel», Германия.
    © «
    ИноСМИ», 16.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Возвращение в большую игру

         Одним из главных следствий войны в Южной Осетии явилось беспрецедентное оживление дискуссий в России по внешнеполитическим и военно-стратегическим вопросам. Причем самое непосредственное участие в них принимают не только эксперты и дипломаты, но и первые лица государства – президент и премьер-министр, посвятившие в последние несколько недель международной проблематике гораздо больше внимания и слов, чем за многие годы до 8 августа. Еще более примечательно, что внешняя политика стала предметом самого пристального внимания того «расширенного правительства», коим все последние годы у нас является Государственный совет. Именно на его заседании в открытой – и особенно в закрытой – части выступления Дмитрия Медведева, а также в последующей дискуссии с участием силовых министров и ключевых губернаторов прозвучали наиболее существенные для российской геополитики выводы.
         Внешняя политика поистине стала делом «всей Земли».
         Обо всех выводах мы никогда не узнаем – на то они и закрытые. Но о многих можно судить с полной определенностью, причем уже не только по словам руководителей страны, но и по осуществленным шагам.
         Главное – Россия крайне разочарована результатами партнерства с западными странами, которые практически единодушно встали на сторону агрессора, убившего сотни наших граждан. Медведев на встрече с участниками «валдайского» клуба говорил об окончательном избавлении от иллюзий. Владимир Путин, отдав должное игравшей в унисон пропагандистской машине Запада, заявил, что улучшение отношений – это то, чего теперь должны постараться добиться наши западные партнеры.
         Это вовсе не значит, что Россия настроена на конфронтацию. Нам она точно не нужна. Все наши прежние предложения – и о создании новой, всеобъемлющей системы европейской безопасности, и о совместной работе над модификацией ДОВСЕ, и о сотрудничестве по борьбе с распространением оружия массового поражения и с терроризмом, и по вопросам Афганистана, Северной Кореи, Ирака, Ирана и т.д. – по-прежнему на столе. Но новая ситуация означает, что Запад уже не может рассчитывать на автоматизм партнерства. Его не будет, если к России и ее жизненно важным интересам будет проявляться такое же неуважение, как до сих пор. Однако пока не похоже, чтобы позиция западных стран – прежде всего Соединенных Штатов, – все больше смахивающая на старую политику сдерживания, смягчалась. Напротив, самый серьезный за многие десятилетия вызов российской безопасности – прием в НАТО Украины и Грузии – вновь встает в повестку дня. Кстати, Медведев подтвердил, что этот вызов носит для нас экзистенциальный характер.
         Встречаясь со столь очевидными проблемами на западном направлении, которому во все постсоветские годы уделялось основное внимание, Россия в соответствии с классической политической теорией начинает увеличивать свою стратегическую глубину по всем остальным направлениям. Мы вновь вынужденно становимся глобальным игроком, который ускоренно проводит ревизию всех своих геополитических заделов, реанимирует старые и укрепляет новые партнерские связи, на которые обращалось мало внимания в предыдущие годы – по причине нашей слабости или из-за опасений выпасть из западных рамок политкорректности.
         В первую очередь стратегическая глубина наращивается на постсоветском пространстве, в южном и восточном направлениях.
         О чем уже договорились после 8 августа? Усилена военная составляющая Союза России и Белоруссии, в частности, в сфере функционирования совместной ПРО. Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), долго искавшая собственную миссию, на своем саммите, поддержав Россию, одобрила 16 новых соглашений, превращающих ее в полноценный военно-политический блок. Шанхайская организация сотрудничества, также поддержав Россию, помимо прочего приняла решение о создании экспертной группы по расширению ШОС. Москва, еще недавно весьма осторожно относившаяся к заявкам Индии, Пакистана, Ирана и Монголии на членство, теперь гораздо более расположена к тому, чтобы пойти им навстречу.
         Заявлено о стремлении осуществлять дальнейшее сближение с мусульманским миром. Весьма интересным в свете последних событий выглядит подзабытое предложение о пакте стабильности для Южного Кавказа, с которым вновь выступила Турция – кстати, единственная страна НАТО, занявшая почти пророссийскую позицию. Интерес к пакту проявил и Иран, традиционно выступавший одним из гарантов баланса сил в этом регионе, в последнее время сближающийся с Анкарой. Одновременно достигнутые не без помощи Москвы договоренности Армении с Тегераном о развитии железнодорожного сообщения и начало армяно-турецкого примирения заметно укрепляют стратегические тылы Еревана, главного союзника России в Закавказье.
         Новое, интересное звучание приобретает диалог в формате БРИК – наиболее динамично развивающихся государств планеты – Бразилии, России, Индии, Китая. Впервые за все постсоветские годы Россия обозначает свое военное присутствие в Западном полушарии. Два Ту-160 в Венесуэле и предстоящие маневры неподалеку от ее берегов кораблей Северного флота напоминают об уместности постановки вопроса: если американские корабли с крылатыми ракетами на борту считают в порядке вещей заходить в Батуми и Севастополь, то сколько мы можем это терпеть? И, наверное, не случайно, что первое признание независимости Южной Осетии и Абхазии пришло с американского континента – из Никарагуа.
         России не нужна была война. Но мы приняли вызов и, одержав военную победу, сами того не желая, впервые за многие годы оказались за тем столом, на котором идет большая геополитическая игра. До последних дней нам была уготована роль коврика под столом: Вашингтон, НАТО, ЕС самостоятельно разыгрывали глобальную партию, информируя нас о собственных решениях как о свершившемся факте и в 100% случаев игнорируя российские протесты и озабоченности. Теперь, когда мы за столом, попытка навязать нам, скажем, условия мирного урегулирования от лица самопровозглашенного «мирового сообщества» выглядит неуместной. Договариваться надо не между собой в Брюсселе, а и в Москве тоже, что уже понял Николя Саркози. Думаю, поймут и США, обсуждавшие грузинскую тему с кем угодно – от Азербайджана до Италии, – но только не с Москвой, куда не залетел ни один из активно путешествовавших американских политиков.
         Очень похоже, Россия вернулась в большую игру, от которой ее отстранили после распада СССР. Событие важное, требующее, учитывая наши слабости, в первую очередь очень собранной и изобретательной политики. А для этого необходим внешнеполитический механизм, не уступающий аналогам ведущих держав, играющих роль самостоятельных центров силы в складывающемся многополярном мире.

    Вячеслав Никонов, президент фонда «Политика».
    © «
    Известия», 17.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Протекторат или аннексия

    Загружается с сайта Газета.Ru      Южная Осетия и Абхазия будут мало чем отличаться от регионов России: жить там будут граждане России, расплачиваться они будут рублями, а охранять их станут российские пограничники. «Газета.Ru» проанализировала договоры о союзе, подписанные между Россией и этими республиками.
         Россия официально оформила отношения с Абхазией и Южной Осетией, чью независимость от Грузии она признала 26 августа и на чьей территории она продолжает держать войска, формально переставшие быть миротворческими. В среду в Екатерининском зале московского Кремля российский президент Дмитрий Медведев и его новые коллеги – абхазский лидер Сергей Багапш и югоосетинский президент Эдуард Кокойты – поставили свои подписи под договорами о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи.
         Текст документов, готовившихся российским МИДом, для обеих республик одинаковый, и главный упор в нем делается на обеспечении безопасности новообразованных государств.
         Собственно, «ключевой задачей текущего момента» Медведев и назвал оборону республик. «Подписанные договоры предусматривают, что наши страны будут совместно принимать необходимые меры для устранения угрозы миру и противодействовать проблемам в этой сфере», – подчеркнул хозяин Кремля.
         Российский президент выступал откровенно. Москва, Сухуми и Цхинвали будут «оказывать друг другу всю необходимую поддержку, включая военную», провозгласил он, сославшись на 51-ю статью устава ООН, провозглашающую право на индивидуальную или коллективную самооборону.
         Правда, виды и размеры военной взаимопомощи, как указывается в обоих договорах, еще предстоит определить через дополнительные консультации. Но с некоторыми важными вопросами президенты уже разобрались.

    Военные базы
         Согласно договорам, Россия получила право создавать на территории Абхазии и Южной Осетии военные базы. «В целях обеспечения безопасности договаривающихся сторон, а также мира и стабильности в закавказском регионе» стороны согласились «предоставлять… право строительства, использования и совершенствования ее вооруженными силами военной инфраструктуры и военных баз (объектов) на своей территории», говорится в договорах.
         «Новой военной авантюры мы не допустим», – заметил Медведев, объясняя, что побудило его и его новых коллег включить такое положение в документы.
         Сомневаться в том, что слова российского президента вполне соответствуют заявленной цели, не приходится. «Это послание Грузии и послание НАТО, ответ на недружелюбный тон, который они взяли в отношении России», – говорит директор Информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве Алексей Власов. С ним соглашается и независимый политолог Дмитрий Орешкин, который признает, что «абхазский порт Сухуми, может быть, на что-то и сгодится Российской армии», но в Южной Осетии «нет никаких практических оснований оставлять войска». «Оттуда никуда не выберешься, кроме Грузии, и грузинский президент Михаил Саакашвили должен, по мысли России, помнить об этом», – заметил Орешкин.
         Эксперты находят и другие аргументы в пользу того, чтобы пункт о широком военном сотрудничестве прописан непосредственно в договоре.
         Замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин отметил, что другого основания, кроме как размещение военных баз, для появления российских солдат в республиках нет. «Миротворческий формат был сломан сначала Грузией, начавшей штурм Цхинвали, а затем доломан Россией, признавшей независимость обеих республик», – объясняет эксперт.

    Совместная охрана границ
         В соглашениях также говорится о том, что границу республик, по сути, будет охранять Россия. «Охрана государственной границы (между Россией и Абхазией и Россией и Южной Осетией) будет осуществляться совместными усилиями… сторон, исходя из интересов их собственной безопасности, а также мира и стабильности в закавказском регионе», – говорится в тексте.
         Такой порядок, как напоминает замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин, соответствует уже сложившемуся формату пограничного сотрудничества Москвы с другим ее близким союзником в регионе – Арменией. «Российские пограничники осуществляют охрану турецко-армянской границы и границы с Нахичеванской автономией Азербайджана, в то время как армянские силы сосредоточены на востоке, на спорных территориях вокруг Нагорного Карабаха», – указывает эксперт.

    Двойное гражданство
         В договорах, скрепленных тремя президентами, предвидится и заключение в дальнейшем соглашений о двойном гражданстве. Речь идет об осетинах и абхазах, которые захотят вступить в российское гражданство, хотя прямо на это и не указывается.
         Москва также гарантирует действительность всех документов, выдаваемых властями признаваемых ею республик.
         «На территории каждой из договаривающихся сторон признаются документы, выданные государственными органами и органами местного самоуправления другой… стороны», – говорится в тексте. Россия также обещала гражданам Абхазии и Южной Осетии право на защиту на территории третьих государств. По словам Жарихина, это нормальная практика в международных отношениях, ведь «у России и Израиля тоже есть соглашение о двойном гражданстве», и «многие этим пользуются».

    Экономическое сотрудничество
         В «больших договорах» о дружбе между Россией, Абхазией и Южной Осетией говорится и об «эффективных мерах для поддержания и функционирования финансовой и банковской систем» двух республик. Стороны обязуются не только «в ближайшем будущем» объединить «энергетические и транспортные системы, а также системы связи и телекоммуникаций». Они собираются унифицировать гражданское и налоговое законодательство, а также объединить системы соцзащиты и пенсионного обеспечения.
         Между строк читается, что официальной денежной единицей двух республик станет российский рубль, что, собственно, и подтвердил «Газете.Ru» советник югоосетинского президента Дмитрии Медоев.
         «Тот факт, что на территории Южно Осетии основной валютой является рубль, упрощает взаимодействие между двумя странами в финансовой сфере», – признал он.
         Для замдиректора Института стран СНГ и в этом нет ничего уникального. «В долларовой зоне находятся не так уж мало стран Карибского бассейна и Эквадор, а евро расплачиваются в Косово и Черногории, – напоминает он. – Это никого не удивляет».
         Для Власова, возглавляющего в МГУ центр по изучению политических процессов на постсоветском пространстве, договоры – всего лишь «оформление уже сложившегося порядка вещей». «Экономика обеих республик настолько тесно зависит от России и рубль так давно является основной валютой в хождении, что по-иному просто быть не могло», – заверяет ученый.
         «Говорить об этих договорах, по большому счету, нечего, – отметил, в свою очередь, директор Центра европейских исследований Тимофей Бордачев. – Они идут в контексте объявленного 26 августа признания Россией независимости двух республик».
         Контекст этот прост: Россия оформляет свои отношения с двумя закавказскими республиками на правах победителя, считают эксперты.
         Политолог Власов уверен: «Внешне заключенные договоры выглядит как протекторат, Россия берет Южную Осетию и Абхазию под экономической, финансовый и военно-политический зонтик». У его коллеги Александра Кынева
         «сразу напрашивается аналогия договором с США о свободной ассоциации государств Тихоокеанского бассейна – Республикой Маршалловы Острова, Республикой Палау и Федеративными Штатами Микронезии».
         «Эти страны в обмен на финансовую помощь со стороны США передают штатам решение вопросов обороны. При этом в качестве денежной единицы в ассоциированных государствах используется доллар. То же самое и в России. Ни Абхазия, ни Южная Осетия в силу своего экономического развития не потянут расходы существования в качестве самостоятельных государств. По сути, эти страны становятся регионами России, хотя формально остаются независимыми государствами», – рассказал политолог «Газете.Ru».
         При этом оба они соглашаются, что подписание договоров в Москве – это «закрепление статус-кво». «Абхазия и Южная Осетия полтора десятка лет были не автономиями Грузии, а квазигосударствами, тесно привязанными к России», – заключает Власов.

    АЛЕКСАНДР АРТЕМЬЕВ, НАТАША КУКЛИНА.
    © «
    Газета.Ru», 17.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Ускользающая dolce vita

         Трудно вспомнить в постсоветской истории такой период, когда внешняя политика страны так тесно переплеталась бы с внутренней. Резкое охлаждение отношений с Западом, происшедшее в результате «пятидневной войны» между Россией и Грузией, на которое теперь еще накладывается заметное ухудшение финансово-экономической ситуации в РФ, впервые за последние годы заставляет правящие группы задуматься о выборе дальнейшего пути.
         В стране, где публичная политика сведена к минимуму, можно лишь догадываться о том, какие позиции формируются в верхах. По-видимому, окончательные решения еще не приняты, но уже можно говорить о формировании основных стратегических подходов.
         Один, идеологически подпитываемый воспоминаниями о советской глобальной мощи и вдохновленный победой над «грузинскими сателлитами США», исходит из предположения, что после того, как Запад односторонне поддержал Грузию, конфронтация с ним по всему миру становится неизбежной. Это неминуемо потребует и перестройки всей общественно-политической и экономической системы страны на предвоенный лад. Чтобы в случае чего мгновенно превратить страну в «единый военный лагерь».
         Другой подход отличается большей умеренностью. В его основе понимание, что тот тип отношений с Западом, который существовал до августовской войны, вполне устраивает правящие в России элиты – политические, деловые, административные. Он может быть описан довольно просто: западные страны не вмешиваются в российские внутренние дела, не пытаются изменить существующие порядки, в ответ на это Москва взаимодействует с ними по широкому кругу вопросов – от поставок энергоресурсов и совместной борьбы с международным терроризмом до сотрудничества в освоении космоса. По большому счету, к этой традиционной модели отношений России с Западом августовская война добавила лишь одну позицию: учитывайте еще и наши интересы в ближнем зарубежье. Этот вариант отвечает стратегическим и долгосрочным интересам российской верхушки, привыкшей извлекать огромные прибыли из монопольной эксплуатации природных ресурсов страны и одновременно пользоваться теми преимуществами, которые дает принадлежность к глобальной элите: скупать активы и престижную недвижимость по всему миру; обучать детей в лучших британских и американских учебных заведениях; «ударять по шопингу» в самых дорогих бутиках Лондона, Нью-Йорка и Парижа.
         Переход к глобальной конфронтации с Западом неизбежно разрушит этот ставший уже привычным «сладкий» образ жизни. Поэтому «умеренные» ничего не хотели бы менять кардинально ни во внутренней, ни во внешней политике.
         И так все хорошо. По тому, что в последние дни говорят лидеры страны, высокопоставленные чиновники администрации президента и правительства, кремлевские пропагандисты, можно предположить, что между обеими линиями достигнут компромисс. Он, судя по разновекторным по содержанию выступлениям и заявлениям, сводится к тому, что на данном этапе нужно попытаться уговорить Запад одуматься и вернуться к прежней модели отношений. А вот если эти обращения окажутся безответными, то придется запускать в жизнь условный план «Р» (реконструкции общественной системы на предвоенный лад).
         Главный вопрос, который возникает в связи с господствующими устремлениями элит, вернуть отношения с Западом на довоенный уровень и, следовательно, сохранить и довоенный внутриполитический курс страны, состоит в том, а останутся ли в обозримой перспективе необходимые ресурсы для проведения политики status quo? Положительный ответ на этот вопрос, как минимум, не представляется бесспорным. Первый ресурс для продолжения прежней политики – экономический.
         Пока неясно, насколько долгосрочными окажутся нынешние проблемы, с которыми столкнулась российская экономика. Если падение цен на нефть и металлы станет устойчивой тенденцией, капиталы продолжат бегство с российских финансовых рынков, а увеличение инфляции и снижение темпов роста обусловит падение жизненного уровня населения, о возвращении к политике времен нефтегазового бума можно будет лишь мечтать.
         Второй ресурс относится к сфере внешней политики. До «пятидневной войны» Запад рассматривал Россию если и не как «свою», то, по крайней мере, как дружественную страну, хотя и отличающуюся большим политическим и культурным своеобразием. После того как война сломала западный стереотип о постсоветской России как о государстве, которое никогда не применит военную силу по отношению к соседним постсоветским странам и, тем более, не введет войска на их территории, в сознании западных политиков снова ожили привычные образы возрождения «советской империи». А значит, вырос шанс, что Россия может перейти в разряд недружественных стран. Стало быть, от надежд на возрождение прежних отношений придется отказаться. Значит, и наличие второго важнейшего ресурса для продолжения политики status quo, по крайней мере, под вопросом.
         Очевидно, что эти сомнения не будут решены в ближайшее время. Во-первых, потому, что только через несколько месяцев станет понятно, в каком на самом деле направлении движется российская экономика. И, во-вторых,
         до прихода в Белый дом новой американской администрации (конец января 2009 года) никто никаких радикальных шагов по пересмотру политики в отношении России предпринимать не станет.
         Не исключено, что эти линии пересекутся в ходе президентской избирательной кампании на Украине. Ибо, с одной стороны, к тому времени уже станет понятно, насколько сохраняется российская экономическая мощь, а с другой, в какой мере Россия и Запад окажутся договороспособными к достижению компромисса по вопросу о дальнейшей внешнеполитической линии Украины. Ведь и Москва, и западные столицы фактически объявили этот вопрос «красной чертой», за которой они не намерены идти ни на какие уступки друг другу.
         Самый же главный вопрос состоит в том, что будет делать правящая российская элита, если через год или раньше она, к своему огорчению, выяснит, что ресурсов для продолжения политики status quo больше нет. Бросится в омут глобальной конфронтации? Или все-таки вспомнит о выдвигавшихся не так давно ею самой планах модернизации и сосредоточится на внутренних российских делах, на обустройстве России в соответствии с реалиями XXI века?

    Андрей Рябов.
    © «
    Газета.Ru», 17.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Путин и Сталин перед лицом российской истории

    Новая 'холодная война' только упрочит славу Сталина в России

    Загружается с сайта ИноСМИ      В последнее время европейские и американские СМИ много писали о новом учебнике истории, который должен появиться в школах России в следующем году. Сталин там будет представлен эффективным 'менеджером', а террор – историческим периодом, достойным сожаления, но необходимым для развития страны. Остается надеяться, что этот учебник – ни что иное, как проект кругов, испытывающих особую ностальгию по тем временам, и что два консула государства российского – Медведев и Путин – вмешаются и запретят распространение этой книги. Просталинский учебник, конечно же, приведет в экстаз всех тех, кто в Европе и США представляют Россию как извечную угрозу.
         Эта 'оплошность', однако выявляет существование проблемы, к которой ни один руководитель России не может относиться равнодушно. Октябрьская революция разделила историю на два совершенно разных периода, привела к Гражданской войне, продолжением которой в 1930-е годы стали чистки, преследования и массовые казни. Немецкое нашествие в июне 1941 года и шаги, сделанные Сталиным навстречу православной церкви во время войны, привели к восстановлению национального единства. Но послевоенная политика ГУЛАГов и многочисленные репрессии, проводимые во времена Леонида Брежнева, стали во многих отношениях шагом назад.
         Кроме того крах СССР после провала горбачевских реформ происходил при неоднозначных обстоятельствах. Коммунизм не потерпел поражение во время войны и не стал жертвой народного гнева, как это было в случае нацизма и фашизма. Большая страна Россия приняла это событие, но изменения происходили практически без ее непосредственного участия. В этих условиях было невозможно обличать преступления и трагические ошибки, совершенные советским режимом. Этого не поняли бы ни ветераны Второй мировой войны, ни те слои населения, которых капитализм неизбежно оставит у обочины дороги. Именно по этой причине мумия Ленина до сих пор находится в мавзолее на Красной площади, а российская топонимика представляет собой разношерстное смешение дореволюционных и большевистских названий.
         Путин, чтобы покончить с этим двусмысленным молчанием, попытался восстановить целостность российской истории, от Великого княжества Московского до наших дней. Он отменил государственный праздник 7 ноября (дата начала Октябрьской революции по новому календарю), но сохранил праздничный день в том же месяце, выбрав день изгнания русскими поляков из Москвы в 1612 году. При этой схеме Сталин представлял проблему особого рода. Бывший полковник КГБ, коим является Путин, не мог не знать, что 'чудесный грузин' (так назвал его после знакомства Ленин) был безжалостен к кулакам, украинцам, польским офицерам, врагам партии, настоящим и мнимым инакомыслящим в советском обществе. Но при нем же была запущена первая пятилетка, он был создателем советской промышленности, источником вдохновения российского общества после вторжения немцев, он выиграл Вторую мировую войну, поставил Россию в ряд величайших держав. Те кто, как Путин, хотят сделать российскую историю единым целым и вернуть своим согражданам чувство утраченной гордости, не могут забыть о фигуре Сталина или считать его 'черной дырой'. Прежде чем русские смогут говорить о нем более уравновешенно, должно смениться поколение. И, естественно, многое будет зависеть от пути развития России и ее внешнеполитического курса в ближайшие годы. Новая 'холодная война' только упрочит славу Сталина в России.
         Серджо Романо – историк и журналист

    Серджо Романо (SERGIO ROMANO), («Les Echos», Франция).
    © «
    ИноСМИ», 17.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Почему мы должны бояться Путина

    Путин является на сегодня самым эффективным национальным лидером из числа находящихся у власти. Возможно, он также самый непонятый лидер

         Он этнический националист с мистическим ощущением судьбоносного предназначения России. Будучи холодным прагматиком, он не станет играть по международным правилам
         Обладая ясным видением того, чего он хочет добиться, и достаточной беспощадностью для достижения своих целей, российский премьер-министр Владимир Путин является на сегодня самым эффективным национальным лидером из числа находящихся у власти. Возможно, он также самый непонятый лидер.
         Осознание того, как Путин намерен поступать, означает также понимание того, что он делать не собирается. Несмотря на свое кагэбэшное прошлое и заявления о том, что распад Советского Союза стал 'величайшей геополитической катастрофой' 20-го столетия, Путин не испытывает ностальгии по коммунизму. Когда он в середине 70-х поступил на службу в КГБ, эта организация занималась исключительно сохранением существующей структуры власти, а не отстаиванием каких-то абстрактных философских идей.
         Путин отнюдь не марксист. Он принадлежит к старой плеяде агрессивных российских националистов. Будучи человеком сложным, он проявляет хладнокровный прагматизм при планировании своих действий. Это показали и его приход к власти, и подготовка к недавнему вторжению в Грузию. Вместе с тем, он буквально пропитан мистическим ощущением судьбоносного предназначения России. Амбициозный сын коммунистического доктринера-отца и набожной православной матери, Путин как будто сошел прямо со страниц романов Федора Достоевского (еще одного сына Санкт-Петербурга).
         Сочетающиеся в характере Путина безжалостная расчетливость и ощущение собственного предназначения напоминают о фигуре из совершенно другого романа – Усаме бен Ладене (Osama bin Laden). В обоих случаях западные аналитики стараются упрощенно представить эти ставящие их в тупик личности и в итоге недооценивают их. Это не безумцы, это яркие и энергичные лидеры, пренебрегающие нашими правилами.
         Тем не менее, Путин сохранил свои специфические навыки и качества, приобретенные во время службы в КГБ. Являясь бывшим офицером-разведчиком, я поражаюсь способности Путина анализировать своих оппонентов и предвидеть их реакцию на его ходы (Россия по праву считается страной шахматных гроссмейстеров). Готовясь к расчленению Грузии, премьер-министр точно просчитал поведение президента этой страны Михаила Саакашвили, реакцию Джорджа Буша, Европейского Союза и народа России. Он знал, что может действовать безнаказанно.
         У Путина есть качество, присущее элите разведки. Это его способность отбрасывать в сторону все предубеждения при изучении объекта нападения. А решив нанести удар, он уже не оглядывается назад. И это плохая новость для его противников – как зарубежных, так и российских.
         Есть много причин, по которым мы неверно оцениваем Путина. Среди них наше упорное стремление считать его 'одним из нас'. Но он другой. Прекрасным примером тому стала его режиссерская работа по подготовке и осуществлению вторжения в Грузию. Западные разведслужбы долгие годы следили за деятельностью русских на Кавказе и предвидели возникновение конфронтации. Тем не менее, наши аналитики предполагали, что Россия не начнет свои действия этим летом, во время Олимпиады – ведь по традиции это период мира.
         Но Путин привык смотреть на стратегический карточный расклад по-иному. Внимание мира было приковано к Олимпиаде, главные мировые лидеры собрались в Пекине – вдалеке от своих кризисных штабов. Европейские бюрократы и высокопоставленные натовские руководители разъехались в августе в отпуска. Обстановка была просто идеальная.
         Стало также азбучной истиной говорить о том, что Путин глупо полагается на доходы от продажи нефти, газа и минеральных ресурсов, и в то же время оказывается не в состоянии диверсифицировать свою экономику. Но российский авторитарный лидер знает, что делает. Он предпочитает богатую власть богатому обществу. Путин вполне способен контролировать кучку олигархов, чье богатство создается на основе ограниченного круга источников (некогда самый богатый человек России Михаил Ходорковский сидит в тюрьме за то, что перешел Кремлю дорогу). А диверсифицированная экономика приведет к децентрализации власти.
         Путин одержим идеей контроля – это еще одна национальная традиция. И такая навязчивая идея служит грандиозной цели – восстановлению величия России. Путин осознает, что он не в состоянии восстановить Советский Союз, простиравшийся глубоко в европейские пределы. Свои надежды он возлагает на реконструкцию царской империи от восточной Польши и Украины до Кавказа и Центральной Азии. Путинская модель экспансионизма исходит от Петра Первого, но его методы заставляют вспомнить об Иване Грозном, особенно когда дело доходит до подавления инакомыслия. Главное, что сохранил премьер-министр из советской эпохи, это культ личности. Он знает, чего хотят россияне. Они хотят сильного царя, и поэтому рейтинг его популярности превышает 80 процентов.
         Но есть ли у этого безжалостного и целеустремленного лидера хотя бы одна слабость? Да. Это его вспыльчивость. Несмотря на свое внешнее хладнокровие, Путин взрывной человек. Любой отпор он воспринимает как личное оскорбление, и способен поступать импульсивно – и деструктивно. Вместо того, чтобы убаюкивать европейцев, усиливая их зависимость от российского газа, он в гневе приказал прекратить поставки газа на Украину и в Грузию посреди зимы, вызвав тревогу у западных потребителей. Вместо того, чтобы держать в тайне кремлевский потенциал кибернетических войн, он использовал его против крохотной Эстонии во время размолвки из-за памятника советской эпохи – и вызвал тревогу в рядах НАТО.
         Путинское вторжение в Грузию также носило личный характер. Он хотел не только продемонстрировать бессилие Запада в этом регионе, но и наказать непослушного грузинского президента. Нас всех должно встревожить то, насколько далеко готов был идти Путин в своей личной вендетте.
         Подобные вспышки гнева говорят о том, что путинская кампания по возрождению российского величия может очень плохо закончиться. Не следует всерьез воспринимать отправку российской военно-морской эскадры к берегам Венесуэлы и полеты российских бомбардировщиков над американскими авианосцами – этот спектакль устраивается для внутренней аудитории, и он абсурден с военной точки зрения. Но готовность Путина использовать грубую силу против соседних демократий показывает, что он, как и многие диктаторы до него, в итоге зарвется и перенапряжет свои силы.
         Тем временем, нашему следующему президенту придется как-то справляться с этим умным и опасным человеком. Для этого потребуется опыт и умение задействовать каждый элемент нашей национальной мощи и влияния. Надо будет убеждать Европу, что примиренческая позиция лишь усилит аппетит Путина. Потребуется провести четкие границы, избегая при этом эскалации военной напряженности. Прежде всего, нашему президенту придется верно и точно оценивать Путина, избегая при этом выдачи желаемого за действительное. Справиться с путинской Россией – это может стать вызовом N1 в сфере нашей безопасности.
         Ральф Питерс – член совета внештатных авторов USA TODAY, автор книги 'В поисках проблем' (Looking For Trouble).

    Ральф Питерс (Ralph Peters), («USA Today», США).
    © «
    ИноСМИ», 17.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Моральное преимущество победителей

         Августовский кризис на Кавказе, как и ранее косовский, вновь подсветил тему суверенитета в международной политике. В мире по-прежнему немало народов, которые мечтают его обрести. С другой стороны, многие из тех, кто обрел долгожданную свободу, тут же спешили отдать большую ее часть в качестве взноса в некие союзы без шанса доминировать в них.
         И ничего удивительного. Одно дело – предвыборная риторика, совсем другое – международные реалии, которые вынуждают чуть ли не ежедневно подтверждать свой суверенитет или жертвовать им как слишком дорогим удовольствием. Каждая страна сама оценивает ту пропорцию, в которой она будет сочетать внешнюю открытость с защитой от неизбежных рисков. Найти это соотношение – одна из главных целей внешней политики любого государства.
         Россия в этом смысле, можно сказать, уникальна. Она по сути самодостаточна, что доказал советский период истории. Эта модель обеспечила выживаемость, но привела к отставанию от передовых стран во многих областях. В итоге был сделан выбор в пользу открытости к миру с расчетом на получение добавленной стоимости к своему потенциалу. Собственные упущения не позволили в полной мере воспользоваться плодами открытости, но и не поставили под сомнение ее целесообразность: туризм, обучение за границей, импортные товары на прилавках стали привычными не только для элит.
         Но к началу века проявились внешние причины, по которым эта добавленная стоимость резко упала. Мы шли на компромиссы и уступки, рассчитывая на встречные ходы. Это касалось не только экономики, но и политики – действий Запада в отношении бывшей Югославии, расширения НАТО, попыток политически «перенастроить» элиты стран СНГ, положения русских в Балтии, переговоров по вступлению в ВТО. Почти везде ответы были отрицательными. Любая наша попытка обозначить свои интересы тут же подвергалась показательной обструкции как «имперские амбиции» и недовольство «демократией, приближающейся к границам России».
         Августовский кризис был в этом смысле неизбежен. Показательной явилась в свое время реакция Запада на приостановку Россией выполнения обязательств по ДОВСЕ. Нас не захотели услышать и привычно говорили не о том, как спасать парализованный позицией Запада ДОВСЕ, а о том, что делать с Россией.
         Первые отклики на кризис 8 августа были выдержаны в том же ключе: не важно, что было на самом деле, Россия неправа по определению. Некоторое сомнение возникло, когда стали выбирать «кнут» для «вечно виноватого». Оказалось: Россия уже годы фактически пребывает в режиме санкций. Не нашлось никаких реально выданных «пряников», которые можно отобрать у России с болезненными последствиями для нее.
         Многие искренне полагали, будто Россия чем-то обязана Западу, ставя его расположение выше собственных интересов. Но на деле все последние годы Запад сознательно и последовательно загонял своего ведущего партнера в Европе, крупнейшую ядерную и энергетическую державу в ситуацию, когда ей, как пролетариату, нечего терять, кроме собственных цепей. И это в ситуации, когда Западу крайне нужны союзники в условиях усилившейся глобальной, даже межцивилизационной конкуренции.
         После первых призывов наказать Россию появились признаки разлада в европейских и даже в американских оценках. Ибо не мог не возникнуть вопрос: а за что ее наказывать? За то, что остановила агрессора и повторила «косовский сценарий» Запада в более очевидной ситуации? За то, что не верит слову Саакашвили и противится перевооружению Тбилиси на новые преступления?
         И тут, полагаю, для России наступает принципиальный момент. Операция по принуждению грузин к миру проведена, можно сказать, идеально. Сделано все необходимое, но (сознательно!) отнюдь не все возможное. Была ли возможность захватить Тбилиси? Разумеется. Можно ли было захватить и судить зарвавшегося грузинского лидера? Вполне. Именно этого многие от нас ожидали. Скажем, для США эта логика вполне естественна, что подтвердил американский представитель в Совбезе ООН с его повышенной тревогой по поводу якобы имеющегося у нас желания сменить «демократически избранный режим»: Вашингтон явно судил о других по себе.
         Однако Россия не повела себя по «подсказкам»: пресекла агрессию, атаковала военную инфраструктуру, но не собиралась вмешиваться во внутриполитические процессы в самой Грузии. И это дало ей огромное моральное преимущество, которое гораздо важнее, скажем, пленения Саакашвили. Если грузинский народ не сделал выводов из авантюры, в которую его втянул избранный им лидер, разбомбивший в одну ночь все шансы на обретение территориальной целостности страны, – это проблемы самого народа. Россия не собирается навязывать ему своих марионеток и брать их на содержание. При этом Россия могла бы выступить гарантом того, что в новых республиках, признанных Москвой, будут реально обеспечены права всех проживающих там лиц вне зависимости от их национальности. Это может быть предметом специальных договоренностей с властями республик, для которых теперь, когда проблема обретения независимости фактически решена, важно доказать свою состоятельность, и, я бы сказал, «немстительность» и в таком сложном вопросе, как национальный. Это тоже было бы достойно победителей.
         Такая линия России на сегодня оптимальна. Да, атаки на Россию усилились, конфликт с (и без того) русофобами неизбежно обостряется. Но потенциальным агрессорам даже под самой мощной «крышей» дан показательный урок, а «однополярное» правило: «здесь мы решаем, кому быть независимым и кому разрешено себя защищать» разом лишено силовых и моральных обоснований. Интересы России защищены, но так, что желающим выдать ее за агрессора приходится включать всю изобретательность и даже идти на откровенный подлог.
         Устояв на этой линии, мы сможем оказать немалую услугу тем, кто был против кампаний по травле России или отмалчивался в ходе таковых, но кто сейчас получил важные аргументы в нашу пользу. Нас искусно провоцировали к самоизоляции (и соблазн был велик). Но Россия пошла на сотрудничество в ситуации, когда, добившись прямых целей, особо в нем и не нуждалась. Это полностью развенчивает миф о «коварном и циничном агрессоре», который противопоставил себя «цивилизованному миру».
         И не нужно недооценивать «молчаливый потенциал» в мире, пугаться того, что не много стран признает Абхазию и Южную Осетию и открыто солидаризируется с Россией. На деле сочувствующих намного больше, и если они боятся высказаться из страха поссориться с самой могучей державой мира, понять их можно (хотя эта держава, по идее, хотела бы выстраивать свои союзы на ценностях, а не на страхе). Но поддержку мы ощущаем вполне отчетливо, и уже это вселяет надежду.

    Константин Косачев,
    председатель комитета Госдумы по международным делам.

    © «
    Известия», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    «Большая битва» в ООН

         «Действия Грузии в отношении Южной Осетии – агрессия» – этими словами фактически открылась 63-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. И произнес их председатель сессии Мигель д'Эското Брокманн из Никарагуа. 120 мировых лидеров, 160 вопросов повестки дня.
         Россия готовится к «дипломатической битве» и уже заручилась поддержкой ряда стран. Причем нынешний председатель собрания наций – бывший глава МИД Никарагуа в данном случае представляет всю Латинскую Америку и Карибский бассейн, выдвинувших его на этот пост. То, что рулить Генассамблеей будет представитель единственной пока (кроме России) страны, признавшей независимость Абхазии и Южной Осетии, выглядит почти как провидение.
         Россия давно выступает за реформу ООН, превратившуюся в бессильного созерцателя насилия и несправедливости, чьи резолюции не соблюдаются, а мнение игнорируется. Взять хотя бы Кубу. Уже 16 лет подряд Генассамблея призывает снять длящееся 40 лет эмбарго с этой страны. И что толку? «Как можно игнорировать мнение 95% государств – членов Генеральной Ассамблеи, которые выступают за отмену эмбарго?» – вопрошал в своем выступлении д'Эското Брокманн (к слову, лауреат Ленинской премии мира и по совместительству католический священник). На этот раз вопрос о снятии эмбарго снова будет поставлен. При этом никарагуанец обещал сделать все, чтобы «отдельные страны не диктовали свои правила другим».
         Это касается и Южной Осетии, которую будут активно склонять на площадках Генассамблеи. В среду в регион вылетела специальная миссия ООН по установлению фактов. В течение трех дней, посетив Цхинвал, Тбилиси, Гори и Москву, группа намерена установить истинные размеры гуманитарной катастрофы – с тем, чтобы пересмотреть ранее запрошенную у доноров сумму помощи (речь шла о $58,6 млн для почти 130 тысяч человек).
         В среду Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев, чьи представители входят в миссию, сообщило, что уже «исследовало гуманитарную ситуацию в районе Гори». По словам пресс-секретаря Управления Уильяма Синклера, почти все жители ближайших к городу деревень вернулись в свои дома, а «разрушение зданий и жилых домов является не таким широкомасштабным, как мы опасались». Или – как хотелось бы представить грузинской стороне.
         Очевидно, гуманитарная программа ООН будет касаться всех жертв трагедии – независимо от национальности. А значит, тщетными оказались усилия Тбилиси, о которых в среду рассказал российский постпред в ООН Виталий Чуркин. «Как стало известно, грузинское руководство тайком направило послание международным структурам не предпринимать гуманитарных и восстановительных программ в Южной Осетии, пока она не будет в составе Грузии. То есть никогда», – сказал российский дипломат, открывая мероприятие в память жертв конфликта в Южной Осетии в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке.
         Россия предложила два проекта резолюций – о предотвращении милитаризации космоса и осуждении героизации нацизма. Кроме того, будут рассматриваться резолюция о «постоянном суверенитете палестинского народа на оккупированной палестинской территории, включая Восточный Иерусалим, и арабского населения на оккупированных сирийских Голанах над своими природными ресурсами» и еще десятки других. Например, недавно Бельгия предложила внести на рассмотрение тему «Природные ресурсы и конфликты». А есть и такая: «Роль алмазов в разжигании конфликтов».
         С 23 сентября по 1 октября – неделя общеполитических дискуссий, самая важная и громкая часть Генассамблеи, в ходе которой высказываются главные возмутители мирового спокойствия. В первый день выступят президенты США, Франции, Сербии и Ирана, Грузии и Литвы. Затем настанет черед украинского лидера Виктора Ющенко. И под конец, 29 сентября, выступит министр иностранных дел России Сергей Лавров.

    Ксения Фокина.
    © «
    Известия», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Для мира этот предлог не нужен

    Личный переводчик первого президента СССР Павел Палажченко по просьбе «Новой» перевел с дипломатического языка на русский «план Медведева-Саркози», вызвавший столько споров

         Нынешнего руководителя отдела международных связей Горбачев-фонда мы вообще-то привыкли видеть за плечом лидера страны как переводчика. В цеху профессионалов авторитет Павла Палажченко настолько безоговорочный, что именно к нему «Новая» и обратилась за комментариями на злобу дня.

         – Павел Русланович, наша элита, к сожалению, с XIX века забыла свой родной французский, а общий язык с Западом нужен. Как решить проблему?
         – Вы знаете, не у нас с Западом, а вообще в мире есть глобальный язык общения – английский. Сам язык от этого и выигрывает, и проигрывает: он огрубляется, упрощается, но это – данность.

         – Поскольку самым распространенным в мире является Broken English («плохой (ломаный) английский»), многие не чувствуют нюансов – и наша пропаганда, например, ухватилась за термин «режим Саакашвили» в западных источниках, находя в нем чуть ли не осуждение властей Грузии…
         – Я не помню там слова «режим», но оно имеет негативную коннотацию во всех практически языках, кроме французского. Но в документах «Медведев – Саркози» этого термина точно не было, хотя они разрабатывались в формате двух языков – по-русски и по-французски. Кроме этих текстов аутентичными надо считать речи президентов на пресс-конференциях 12 августа и 8 сентября. Все остальное надо цитировать осторожно.
         Слова могут очень много значить. Например, в текстах ЕС и даже в высказываниях американского президента говорится о «непропорциональном ответе России». Если ответ непропорциональный, значит было, на что отвечать. Это косвенное признание того, что конфликт начался с действий Грузии.

         – Тем не менее тема «трудностей перевода» приобрела заостренный характер, почему?
         – Началось все с того, что глава французского МИД Бернар Кушнер, когда его спросили, в чем причина разногласий по 6-му пункту известного документа, ответил: «Как всегда, в переводе». Некоторые члены переводческого сообщества за это ухватились, были дискуссии на разных сайтах, кто-то даже злорадствовал. Но, во-первых, в словах Кушнера была ирония, которую не все почувствовали. Во-вторых, он ведь не сказал, что переводчики виноваты.
         Между формулировками «безопасность в Южной Осетии и Абхазии» и «безопасность для Южной Осетии и Абхазии» действительно есть разница. Но переводчик просто не мог сделать такую ошибку. Скорее это была попытка дипломатов и политиков подогнать первоначальную формулировку под свои позиции. Изначальная формулировка Дмитрия Медведева, повторенная Николя Саркози: «безопасность Южной Осетии и Абхазии» (без всякого предлога).
         Мое мнение – и России, и ЕС следовало придерживаться позиции, озвученной 12 августа, но кто-то начал перетягивать канат. В общем, я защищаю переводчиков и делаю это не только из профессиональной солидарности.
         Все упирается в политику, а не в лингвистику. Если есть желание договариваться и идти на компромисс, подобные вещи – не проблема. Если же нет, можно вытащить предлоги. Лучше не играть словами.
         На всяких переговорах конкурируют две тенденции – договориться и выжать как можно больше для себя и своей позиции – иногда дипломатам кажется, что путем лингвистических хитростей они могут добиться своего, но мой опыт показывает, что это не так.
         Еще один пример – коллизия со словами «отвод» и «вывод» войск. Здесь уже с нашей стороны была попытка сыграть на различии между этими словами, чтобы c помощью слова «отвод» обосновать позицию России о неуходе введенных войск с территории Абхазии и Южной Осетии. Это, разумеется, противоречит договоренности Медведев-Саркози от 12 августа, где президент России, Верховный главнокомандующий, по тексту зачитал именно «вывод», причем на позиции до начала военных действий. К тому же настаивать на «отводе» неправильно, потому что «отвод» – это когда что-то делается в пределах одной страны.

         – Можно трактовать и так, что «отвод» с собственно грузинской территории в Южную Осетию и Абхазию – косвенное признание Россией, что обе республики остаются частью суверенной Грузии?
         – Получается так. Именно поэтому слово «отвод» не работает на нашу официальную позицию, особенно после признания независимости Абхазии и Южной Осетии. Так что лучше генералам в лингвистику не влезать.
         На моей памяти – обсуждение одной запятой в договоре по ПРО 1972 года. Споры о его интерпретации начались в 1983-м, когда президент США Рейган выступил со своей Стратегической оборонной инициативой, где фразу «исследования и испытания, которые разрешены» американцы трактовали как любые, а не только те, что разрешены договором по ПРО. США посчитали: запятая перед местоимением which означает: разрешены любые исследования и испытания, а значит, можно делать все что угодно, вплоть до испытаний в космосе. Конечно, спор был не о запятой и не о словах, а о стремлении американцев размыть договор. Это было трудно, поэтому США в конечном счете при Буше-младшем вышли из режима договора. Косвенное свидетельство, что правы были мы.

         – В любом случае первична политическая воля?
         – Абсолютно.

         – Часто ли переводчики выступают миротворцами, когда их лидеры ссорятся?
         – Я знаю знаменитую цитату из Питера Устинова: «Если бы все мы понимали друг друга без переводчиков, мы бы давно уже погубили друг друга. Думаю, многих серьезных кризисов удалось избежать потому, что переводчик намеренно или случайно исказил, что один государственный муж сказал другому», но мне лично не известны такие случаи. Очень часто, когда идет согласование документов, переводчики и дипломаты вместе ищут слово.

         – Знаменитую кузькину мать Хрущева могли перевести как мат?
         – Кузькина мать – это не мат, переводчик смягчил ее (Mother of Kuzmа) только потому, что в его «репертуаре» не нашлось адекватного крепкого выражения. Если президент говорит «мочить», смягчать не надо, если про «обрезание» – нужно говорить именно про «обрезание». Ничего страшного!
         Известен случай, когда председатель президиума Верховного совета СССР Ворошилов в Камбодже, осматривая знаменитый храм Ангкор Ват, сказал: «Вот азиаты – с голой задницей ходят, а такого понастроили». Дескать, не на это надо было деньги и творческие усилия направлять. Когда хозяева поинтересовались, что было сказано, переводчик изрек: «Климент Ефремович восхищается талантом и мастерством ваших зодчих». Думаю, это было не лучшее решение. Ведь пожелай обе стороны продолжить диалог, получился бы, мягко говоря, конфуз. Смысл надо было оставить, но смягчить. Можно было, в конце концов, сказать, что не расслышал (ведь разговор был «между своими» и не предназначался для перевода). Мне повезло – я работал с достойными людьми, которые понимали свою ответственность за слова.

         – У нас третий после Горбачева и Путина президент с высшим юридическим образованием. Кто из них более точен в формулировках? Медведев?
         – Мне трудно сравнивать, я работал только с Горбачевым. Могу сказать – и это признавали президент Буш и другие лидеры, – что с Михаилом Сергеевичем было договариваться нелегко, он жестко следовал утвержденным Политбюро позициям, но если согласие было достигнуто, все тщательно исполнялось. Вообще-то не дело переводчика сравнивать президентов. Но Горбачева мне не приходилось корректировать. Меня не раз спрашивали: если говорится что-то не соответствующее известной позиции страны, что должен делать переводчик? Если уверен, что это делается осмысленно, что это не ошибка и не оговорка, так и надо переводить, если не уверен, в крайнем случае можно попросить повторить, сказав, что не расслышал. Иногда переводчики это делают, хотя это не очень приятное положение.

         – А если говорится явная глупость?
         – Можно как-то смикшировать. Мне кажется, что это у переводчика происходит почти автоматически.

         – Сейчас лидеры страны уже хорошо знают иностранные языки, видно по глазам, что понимают, но прячутся за спину переводчика. Тянут время?
         – Не прячутся за спину, а рассчитывают на их профессионализм. Все-таки уровень знания иностранных языков у большинства политиков не таков, чтобы была стопроцентная уверенность в том, что уловил (или может высказать) все нюансы. Поэтому сейчас и требования к переводу очень высокие: нужен высокопрофессиональный.

         – А как вы относитесь к тому, что Путин в Германии корректировал своего переводчика?
         – Это его право – поправить, уточнить смысл сказанного. Другое дело, что есть люди, которые переоценивают свое знание языка и поправляют не по делу. Помощь переводчика на важных переговорах – дело принципиальное. Жак Ширак очень неплохо говорил по-английски, но на переговорах никогда не переходил с родного французского, то же самое – Николя Саркози. Это делается не только и не столько для выигрыша времени на ответ, а потому, что уровень ответственности высок. И политика, и переводчика.

    Сергей Мулин, обозреватель «Новой».
    © «
    Новая газета», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Устами председателя

    Россия получила поддержку своих действий на Кавказе

         В Нью-Йорке открылась 63-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН.
         Уже в первый день работы Россия получила поддержку своих действий по принуждению к миру Грузии из уст председателя 63-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН.
         Бывший министр иностранных дел Никарагуа Мигель д Эското Брокман, председательствующий на нынешней сессии, возложил всю вину за развязывание военного конфликта на Кавказе на Грузию. «Это совершенно очевидно, – действия Грузии в отношении Южной Осетии являются агрессией», – заявил Брокман.
         Экс-глава МИД Никарагуа обратил особое внимание высоких гостей на то, что Грузия, совершив агрессию, таким образом грубо нарушила Устав ООН. По мнению Брокмана, ситуацию вокруг данного конфликта необходимо рассматривать «комплексно, с учетом того, с чего она начиналась».
         При этом Брокман особо подчеркнул, что Совет Безопасности ООН оказался не в состоянии выработать общую точку зрения по данной проблеме в ходе своих заседаний. «Печальный и неоспоримый факт – существует серьезная угроза мировой стабильности и безопасности. При этом у некоторых членов Совета Безопасности появилась иллюзия того, что их право вето на голосовании позволит им делать то, что они захотят», – заявил председатель сессии Генассамблеи.
         В повестке дня нынешней сессии Генассамблеи запланированы выступления 120 докладчиков. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров выступит с речью 29 сентября. По инициативе российской делегации в штаб-квартире ООН состоялась церемония поминовения погибших в ходе грузинской агрессии граждан Южной Осетии

    Максим Макарычев.
    © «
    Российская газета», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Сепаратизм ушел с Кавказа

    Сегодня главным вызовом безопасности государства на Северном Кавказе является не этносепаратизм, а радикальный исламизм

         Формально-правовое признание независимости Абхазии и Южной Осетии не только изменило политический ландшафт Южного Кавказа. Оно обозначило немало острых вопросов. Станет ли оно прецедентом для сепаратистских или националистических движений на территории бывшего СССР? Не вызовет ли одностороннее признание абхазского и осетинского суверенитета Москвой «эффект домино» внутри самой России, особенно в северокавказском регионе?
         Пытаясь ответить на обозначенные вопросы, в первую очередь, следует сформулировать несколько принципиальных тезисов. Во-первых,
         наличие сепаратистских настроений в любом многосоставном обществе практически неизбежно.
         Это – не злая воля российской «имперской власти». Сепаратизм существует и в Испании, и во Франции, и в Британии, и в Бельгии, и во многих странах, которые принято причислять к т.н. цивилизованному миру.
         Однако далеко не факт, что эти настроения обязательно должны стать доминирующими и разделяться подавляющим большинством представителей того этноса, от имени которого выступают сепаратисты. Во-вторых, идеология и практика сепаратизма не является константой. На популярность сепаратизма (или, напротив, на его непопулярность) влияют многие внутренние и внешние факторы.
         Например, нынешняя нестабильная ситуация в Ингушетии или Дагестане не может идентифицироваться, как проявления сепаратизма. Не каждый взрыв, похищение, диверсия или просто протест против власти – сепаратизм. Не только этнонационалистические идеологии используют политическое насилие в своих целях. А потому, прежде чем кричать «караул!», надо разобраться, какие силы, люди, идеи стоят за тем или иным фактом политического насилия в северокавказских республиках.
         Отсутствие мощных очагов этносепаратизма на Кавказе – это не повод для самоуспокоения. Исламский религиозный радикализм (особенно если он находится на подъеме) – не менее опасный вызов.
         Но это – принципиально иной набор проблем.
         В-третьих, наличие сепаратистских взглядов в стране вовсе не является фактом, предопределяющим войны и конфликты. В начале – середине 1990-х годов на Северном Кавказе, помимо чеченского сепаратизма, существовали и другие этнонациональные движения, которые апеллировали к идеям «самоопределения вплоть до отделения». При этом кавказские сепаратисты выдвигали проекты отделения не только от России, но и от республик, в состав которых были включены представители той или иной этнической группы. Были выдвинуты и ирредентистские проекты (например, создание Лезгистана на землях, населенных лезгинами, в Азербайджане и в российском Дагестане). В начале 1990-х годов в самой крупной северокавказской республике, например, действовала Партия независимости и возрождения Дагестана. Однако существенной роли в дагестанской политической жизни она не сыграла, а
         главным политическим слоганом республики со временем стала фраза Расула Гамзатова: «Дагестан добровольно в состав России не входил и добровольно из него не выйдет».
         В Карачаево-Черкесии только в 1991 году было провозглашено пять республик (включая и две казачьих)! В Кабардино-Балкарии в 1991-1992 годах интенсивно шел процесс раздела республики по этническому принципу (с соответствующими опросами и с организацией референдума и «межевания земель»). Действовала Конфедерация горских народов Кавказа. Она несла на своих знаменах идеи «общего кавказского дома». Естественно, без участия российских архитекторов.
         Таким образом, Чечня была лишь наиболее ярким примером этносепаратизма, поскольку в общей сложности в течение шести лет существовала вне правового и социально-политического пространства России (разве что криминальное пространство сохранялось). Другие же сепаратистские или ирредентистские проекты не переросли в открытые противоборства. По словам профессора Джорджтаунского университета, автора специального исследования об этнополитическом развитии Кавказа «Призрак свободы» Чарльза Кинга, «с приходом Путина к власти автономистские и сепаратистские устремления в регионе смолкли». Не споря с самим фактом, приведенным Кингом, хотелось бы дать некоторые уточнения. «Молчание» наступило не только и не столько благодаря воле Путина и построенной им «вертикали».
         Все дело в том, что этнический национализм в условиях Северного Кавказа потерпел историческое поражение (у которого много объективных предпосылок). Возможно, это – временное поражение. Вероятны, особенно при некачественной политике федерального центра, и определенные «возвратные движения». Но сегодня реальность такова.
         Радикальные протестные движения, обращенные против центральной российской или республиканской власти, используют не этнонационалистический (или сепаратистский), а исламистский язык.
         Даже Чеченская Республика Ичкерия в прошлом году была упразднена ее т.н. президентом Доку Умаровым, провозгласившим Кавказский Эмират.
         Пик популярности этнического национализма пришелся на начало – первую половину 1990-х годов. Затем начался его закат. Спрос на этнический национализм в начале 1990-х годов был вызван не только «слабостью власти», но объективными обстоятельствами.
         Во-первых, распад любого имперского государства сопровождается и обостряется поиском «корней», обретением новой идентичности. Во-вторых, северокавказские республики в составе РФ в течение 70 лет входили в состав советского государства, с одной стороны, проводившего политику государственного атеизма, а с другой, способствовавшего правовой институционализации этничности. Религиозность запрещалась, в то время как этничность культивировалась. В начале 1990-х годов в регионе просто не было искусных проповедников «чистого ислама» (для этого как минимум требовалось серьезное встраивание в исламский мир, его интеллектуальное пространство). А потом
         исламские «радикалы», появившиеся в начале 1990-х годов на Северном Кавказе, стремились сочетать религиозную риторику с этнонационализмом.
         Однако в дальнейшем этнонационализм и этносепаратизм утратили былую популярность. Прежде всего, следует отметить, что в условиях этнической пестроты Северного Кавказа последовательный этнонационализм (и сепаратизм в его высшей фазе) чреват конфликтами. Их в 1990-е годы и было немало: осетино-ингушский и российско-чеченский – лишь два наиболее острых, а потому известных. Этнонационализм не смог разрешить и ряд насущных проблем этнических элит (в частности, надежды на территориальную реабилитацию). Пришедшие к власти этноэлиты также занялись приватизацией власти и собственности, забыв об обещаниях, данных представителям «своего народа».
         Очень большое влияние на спад популярности этнического национализма и сепаратизма оказал и провалившийся государственный эксперимент «Ичкерия».
         И дело здесь не в российском военном вмешательстве (хотя и оно заставило многих считать издержки от отделения). В де-факто независимой Чечне не удалось построить эффективное государство (хотя бы сравнимое с Абхазией или Нагорным Карабахом). Более того, дудаевско-масхадовская Ичкерия вела себя чрезвычайно агрессивно по отношению к соседям, что формировало у них образ России, если и как зла, то зла меньшего по сравнению с «вольной Ичкерией».
         Вместе с тем в середине 1990-х годов на Северном Кавказе сложилась радикально-исламистская среда, в которой был сформирован новый проект для региона, отличный и от советского опыта, и от провалившегося проекта по демократизации, и от этнонационализма.
         «Чистый ислам» как проект для Кавказа стал не результатом вмешательства внешних сил (саудовцев, пакистанцев или «вашингтонских обкомов»), а в первую очередь, был порожден внутренней средой.
         Этот проект приобрел массовую популярность не из-за «темноты» местного населения или их якобы исконного «провинциализма». Радикально-исламистский проект апеллировал к мировой религии (освобожденной от местных «искажений» и традиций), к универсальным ценностям (вне этносов, вирдов, тарикатов, кланов). В нем был сделан акцент на эгалитаризм, противодействие коррупции и социальной несправедливости. Идеологи «чистого ислама» умело использовали и психологические методы воздействия (апелляция к неуспешным слоям молодежи, лишенным возможностей для карьерного роста, получения качественного образования). И все это формировалось в условиях отсутствия внятной стратегии социального, экономического, политического развития Северного Кавказа. Как результат, распространение радикального ислама (который у нас принято называть «ваххабизмом», что не вполне корректно, поскольку не является самоидентификацией для носителей данной системы взглядов) началось не только в восточной части региона, то есть Чечне, Дагестане, Ингушетии, но и в западной, где традиционно религиозность населения была ниже. Отсюда и трагические события в столице Кабардино-Балкарии Нальчике 13 октября 2005 года. При этом следует отметить, что те, кто считает себя защитниками «чистого ислама», далеко не однородны. Среди них есть те, кто уже перешел черту закона, но есть и те, кто воспринимает «чистый ислам», как моду, увлечение. Есть, в конце концов, просто сбившиеся с пути, дезориентированные люди. В любом случае считать их всех «врагами России» было бы большой политической ошибкой.
         Следует помнить, что любая мировая религия приспосабливается к местным условиям. И если в XIX веке имам Шамиль силой насаждал тарикатский ислам в Дагестане и в Чечне, то сегодня именно это направление считают в восточной части Кавказа «традиционным исламом». Кстати сказать, и в этом направлении ислама, которое принято считать пророссийским и лояльным, также есть свои радикалы.
         Скорее всего, тот ислам, который называют сегодня «ваххабитским», в северокавказских условиях пройдет сложную трансформацию и со временем станет более «традиционным» и менее радикальным. Но для этого не только от властей республик Северного Кавказа, но и от всей России (и власти, и экспертов, и общества) потребуется колоссальная работа по разделению «мастеров тротила» от людей, готовых к политической лояльности государству.
         Было бы также большой ошибкой считать все протестное движение на Северном Кавказе исламистским.
         В Ингушетии и в Дагестане существует и светская оппозиция, чья критика в большей степени направлена против республиканской власти. И если в Ингушетии к светской оппозиции относятся очень разные по политическому происхождению и взглядам люди, объединенные неприятием нынешней региональной власти, то в Дагестане это активисты целого ряда общероссийских партий. И хотя в 2007-2008 годах их сила и влияние серьезно ослаблены, они присутствуют. Нельзя совершенно игнорировать и т.н. внутриаппаратную оппозицию во всех субъектах региона. Она не выступает с публичными лозунгами и не ведет открытых дебатов. Однако ее роль в кадровой политике, принятии управленческих решений нельзя недооценивать.
         При внешнем единстве Северный Кавказ очень разный. И было бы неверным видеть в его жителях диких горцев или благородных freedom-fighters, только и мечтающих о «бегстве от России». Население региона в массе своей далеко от большой политики, занято решением своих «повседневных» проблем, а не рефлексиями по поводу имамата Шамиля или «великой Черкесии». И вообще,
         не следует переоценивать сепаратистский потенциал Северного Кавказа. За многие годы и десятилетия его жители были связаны тысячами различных связей с Россией – от культуры и образования до бизнеса.
         В самом деле, в каких регионах России мужское население бежит от военной службы, а где считает ее необходимой частью «мужской инициации» и почетной обязанностью? Если смотреть по этому критерию, то Москва, а не Северный Кавказ станет самым «сепаратистским» регионом.
         Сегодня повестка дня на Северном Кавказе другая. Она не лучше и не хуже, чем была в 1990-е годы. Она – другая. Сейчас не этносепаратизм, а радикальный исламизм является главным вызовом безопасности государства и общества. В свою очередь, нельзя не видеть, что это политическое течение питается такими пороками и общероссийской и региональной власти, как непотизм, закрытость, неумение и нежелание вести диалог с оппонентами. Однако ситуация не стала необратимой. И если проект «Россия» вдруг не состоится (хотя хочется надеяться на иное) и повторит судьбу СССР, то не из-за признания Абхазии и Южной Осетии, а в силу неумения адекватно оценивать внутреннюю ситуацию, качественно выстраивать национальную и конфессиональную политику.

    СЕРГЕЙ МАРКЕДОНОВ,
    заведующий отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа.

    © «
    Газета.Ru», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Кремлевские неоконы-реалисты

         Лицемерное самодовольство и акцент на грубую силу, столь характерные для путинской России, весьма напоминают спесь, обуявшую Дика Чейни (Dick Cheney) и его неоконов после вторжения в Ирак. Кремль, унизивший Михаила Саакашвили и разгромивший его армию, не обращает внимания на дипломатические нюансы и международное право – точно так же, как той судьбоносной весной 2003 г. Чейни и его неоконсервативные 'князья тьмы' с нескрываемым презрением относились к Организации Объединенных Наций, играя с историей в кости в Багдаде.
         То, что именно военная мощь стала главным критерием могущества и в Москве, и в Вашингтоне – прискорбное свидетельство о характере нынешних международных отношений. Однако сторонники 'реальной политики' должны были бы с легкостью предугадать исход рискованного шага Михаила Саакашвили, пытавшегося одним махом переписать правила игры в отношении Южной Осетии. В 1978 г. Хафизулла Амин пытался проделать нечто подобное, начав тайные переговоры с шахом Ирана и резидентом ЦРУ в Исламабаде о выходе Афганистана из орбиты СССР. Его двойная игра вызвала гнев брежневского Политбюро, и история закончилась вводом советских войск в Афганистан и гибелью самого Амина от рук спецназовцев КГБ в собственном дворце-крепости на окраине Кабула. События в Чехословакии в 1968 г., в Венгрии в 1956 г., и в Польше в 1939 г. свидетельствуют: русский медведь всегда приходит в ярость, столкнувшись с попытками сецессии или изменой в пределах своей замкнутой имперской орбиты.
         Владимир Путин – прямой наследник царских генералов и советских комиссаров, построивших громадную империю, раскинувшуюся на девяти часовых поясах. В конце концов, этот бывший полковник КГБ, приветствующий сегодня самоопределение Абхазии и Южной Осетии, без колебаний 'вбомбил в каменный век' Чечню за аналогичную попытку выйти из состава Российской Федерации – эта циничная бойня способствовала укреплению его позиций в Кремле.
         Властителями России всегда были 'силовики' – жесткие люди, признающие только могущество, не питающие никаких иллюзий, и руководствующиеся исключительно постулатами реальная Realpolitik. Когда Сталин был слаб, он заключил альянс с Гитлером, чтобы совместно захватить Польшу. А после того, как Красная Армия отогнала вермахт от пригородов Москвы и Ленинграда, а затем добила нацистов на развалинах рейхсканцелярии, он без колебаний опустил над Восточной Европой имперский 'железный занавес'. Праву и морали в этом дарвинистском мировоззрении места не было. 'Папа Римский? А сколько у него дивизий?', – иронически осведомился Сталин, узнав, что Ватикан осудил раздел Польши Советами и нацистами. Этот же подход сегодня, много десятилетий спустя, пронизывает геополитические расчеты Путина, Медведева, Чейни и Буша.
         США поступили безрассудно, вооружая такого самовластного и импульсивного вассала, как Саакашвили, обещая Тбилиси членство в НАТО несмотря на возмущенные возражения Москвы. Интересно, сами Соединенные Штаты в разгар 'холодной войны' позволили бы Мексике вступить в Варшавский договор? Печально, что российско-американские отношения, столь важные для сохранения мира во всем мире, оказались сейчас в заложниках риторических эксцессов предвыборной кампании в США. В результате Маккейн на республиканском съезде ставит знак равенства между Кремлем и 'Аль-Каидой', выступает за членство Грузии в НАТО, и вытаскивает из нафталина пугающие стереотипы в духе рейгановской 'империи зла'. Если Маккейн станет президентом и начнет снабжать Грузию оружием, разрыв между Вашингтоном и Кремлем неизбежен. К счастью, Барак Обама на съезде демократов в Денвере не поддался соблазну присоединиться к 'ястребиной' риторике в адрес Кремля. Вероятно, он понял, что подобная пустая бравада лишь выявит разногласия, которые вызывает в рядах Демократической партии и Евросоюза использование американской военной мощи за рубежом в принципе – не говоря уже об аналогичных действиях в традиционном 'подбрюшье' Российской империи. Стоит вспомнить, однако, что в прошлом демократы считали необходимым подкреплять свою репутацию в сфере национальной безопасности собственными интервенциями – в Заливе Кочинос при Кеннеди, в Тонкинском заливе при Джонсоне, неудачной попыткой спецназовцев из 'Дельты' освободить американских заложников в Тегеране при Картере, бомбардировками Косово и пусками крылатых ракет по целям в Афганистане, Судане и баасистском Ираке при Клинтоне.
         Возникающий у Обамы соблазн быть 'святее Папы Римского', показать себя еще большим 'ястребом', чем Маккейн, абсолютно оправдан по логике предвыборной кампании, поскольку кандидат от республиканцев – герой войны, проведший шесть лет во Вьетнаме в качестве военнопленного, боевой летчик, способный апеллировать к 'мачизму' напуганных и чувствующих себя незащищенными белых американских рабочих. У Маккейна безупречный послужной список для роли Верховного главнокомандующего в условиях войны – об Обаме этого не скажешь. Но если Обама предастся шовинистическому мачизму в духе республиканцев, это отравит будущие отношения США с Россией.
         И Маккейну, и Обаме необходимо помнить, что именно президент Саакашвили спровоцировал кризис, приказав грузинским войскам напасть на югоосетинские деревни на территории этого анклава. Россияне любезно позволили ему загнать себя в роковую ловушку, а затем буквально стерли в порошок поставленные американцами танки, БТРы, пушки, радары и ракетные батареи грузинской армии.
         В конечном итоге признание Медведевым независимости Южной Осетии и визит Чейни в Тбилиси свидетельствуют о том, что Москва и Вашингтон сегодня намерены усиливать накал своего противостояния. Подстрекательская риторика, столь неотделимая от личностей Путина и Чейни, в условиях силовой политики на международной арене может завести их в опасный тупик. Перефразируя Теодора Рузвельта можно отметить: администрации Буша стоит говорить потише, ведь у нее нет 'большой дубинки' для сдерживания России.
         Парадокс заключается в том, что не американцы, а израильтяне первыми осознали новые реалии международных отношений, порожденные азартной игрой Саакашвили в Осетии. 'Моссад' заработала миллионы на поставках грузинам беспилотников, оборудования для постановки помех и противотанковых ракет, но теперь Израиль опасается ощутить последствия гнева Москвы на Ближнем Востоке. Тель-Авив публично заверил Кремль, что 'Моссад' больше не будет поставлять Тбилиси высокотехнологичные вооружения.
         Израильтяне действуют в духе британского премьера Невила Чемберлена, отказавшегося объявлять войну нацистской Германии после вступления гитлеровских армий в Прагу, поскольку Чехословакия – 'маленькая страна, никому у нас не известная'. Но Сараево тоже было небольшим, никому не известным городом – не только в августе 1991 г., но и в августе 1914 г.
         Матеин Халид – специалист в области инвестиционного банковского дела и эксперт по экономическим проблемам, работающий в Дубае

    Матеин Халид (Matein Khalid), («Khaleej Times», Объединенные Арабские Эмираты).
    © «
    ИноСМИ», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Сильнее чем 'Правда': Figaro подвергает цензуре Путина

    Прекрасный образчик официальной пропаганды военного времени

         Опубликованное 13 сентября интервью президента России (так в тексте – прим. пер.), которое взял у него Этьен Мужот (Etienne Mougeotte), изобилует ошибками в переводе и купюрами, позволяющими обойти щекотливые для французского правительства вопросы, например Афганистан. Прекрасный образчик официальной пропаганды военного времени.
         Когда Figaro приписывает Путину фразу 'Российская Федерация – самая многонаселенная страна в мире', уже возникают подозрения: многочисленные ошибки в интервью Владимира Путина, опубликованном в выпуске Figaro от 13 сентября, нечто большее, чем просто трудности перевода.

    Преступное молчание в отношении Афганистана
         Как сообщает один владеющий русским языком блоггер, – который сравнил французскую версию интервью Figaro с той, что была опубликована на официальном кремлевском сайте, – газета, принадлежащая группе Dassault, без малейших колебаний переписала и подвергла цензуре интервью, чтобы сделать его более презентабельным, и, что самое главное, более приятным для слуха своего повелителя, Николя Саркози.
         Так, например, кусок интервью, где речь шла про Афганистан, просто испарился. Владимир Путин сказал, что действия по борьбе с терроризмом 'малоэффективны', что результатом ударов с воздуха являются 'многочисленные жертвы среди мирного населения', и что 'деньги, поступающие от наркоторговли, в значительной степени используются как раз в целях финансового обеспечения террористической деятельности'. Понятно, что после того, как десять французских солдат нашли свою смерть на афганской земле, невозможно публиковать подобные заявления без риска подорвать усилия Саркози, пытающегося заставить нас поверить в то, ситуация в Афганистане находится под контролем.

    Саркози: участник договора стал миротворцем
         Верх злонамеренности: само название статьи, где Путин высоко оценивает 'важную роль в мирном урегулировании' Николя Саркози вряд ли можно назвать правдивым! Владимир Путин считает , что президент Франции сыграл важную роль в подписании соглашения с Грузией, что совсем не одно и то же, учитывая, какой оборот принимает сегодня российско-грузинский конфликт.
         Мы связались с Этьен Мужот, но он отказался давать комментарии. Ни для кого не секрет, что в возглавляемой им газете уже давно проявилась тенденция сглаживать информацию, которая может прийтись не по душе властям, но в данном случае речь идет о инциденте совершенно другого уровня: искажать слова премьер-министра иностранного государства и подвергать цензуре нелицеприятный анализ конфликта, в котором участвует Франция – это уже сродни дезинформации . . .
         * Согласно стенограмме интервью, опубликованной на официальном сайте Правительства РФ, Владимир Путин сказал: 'Мы считаем, что договоренности, которые достигнуты с Евросоюзом, являются крайне важными. Думаю, что большую роль в этом сыграл лично президент Франции господин Саркози, который сегодня возглавляет объединенную Европу'.

    Сильвен Ляпуа (Sylvain Lapoix), («Marianne», Франция).
    © «ИноСМИ», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Сегодня мы не на параде

    Сегодня на телевидении отчаянно пиарят президента России

         В трудное время, когда страна короткими перебежками мчалась от социализма к капитализму, уточняя маршрут по рекомендациям МВФ, я подрабатывал сочинительством рекламных слоганов. Начало моей креативной карьеры сложилось неожиданно: однажды пошел искать своего приятеля, который любил поиграть в шахматы в рекламной компании, расположившейся этажом ниже. Когда я зашел туда, то все сотрудники компании тщательно изображали на лицах мыслительный процесс: надо было срочно сдавать рекламный ролик, а последняя ударная фраза все не появлялась.
         Я поинтересовался, а о чем, собственно, речь? Мне нетерпеливо объяснили, что речь о цыплятах. Сюжет ролика был таков – куриный запах выманил лису из леса и заставил пробраться в дом, открыть холодильник и схватить рекламируемую упаковку. 'А что за проблемы? – изумился я. – Тут и думать не надо. Ни пуха, ни пера!' Сначала раздался дружный визг, а потом мне тут же выдали налом вопиющий гонорар – 300 долларов, что по тем временам было потрясающей суммой.
         Ободренный успехом, я начал сочинять слоганы, которые заметно подняли мой уровень жизни. Но однажды у меня случился срыв. Я сочинял слоган для фирмы, продающей известные марки шуб и выдал, как мне показалось, гениальное: 'Под нашей шубой даже селедка чувствует себя осетриной'. Но директор фирмы заявил, что этим слоганом я оскорбляю клиентов магазина. Я попытался возразить, что сельдь – это элитный продукт и является великим изобретением человечества. Но потом понял, что люди, приходящие покупать норковые шубы, никогда после стаканчика водки не ловят пальцем из банки тихоокеанскую сельдь.
         Так закончилась моя карьера в рекламном бизнесе, но с той поры я очень точно могу определить – на какую целевую аудиторию направлена та или иная пиар-кампания. Сегодня на телевидении отчаянно пиарят президента Медведева. Если еще вчера он не был похож на человека, отдавшего приказ открыть огонь и двинувшего танки на Цхинвали и Гори, то сегодня этот милейший человек удачно создает впечатление решительного мачо, которого совершенно не пугает ни горячая, ни холодная война. Понятно, на кого рассчитан этот карнавал?
         Правда, наблюдательные журналисты сразу заметили, что Дмитрий Медведев стал очень тщательно походить на Владимира Путина уже не только ростом, но и походкой, поочередным поднятием бровей и жесткими формулировками. Мантия величия оказалась ему почти впору. Все-таки в слогане 'Под нашей шубой даже селедка чувствует себя осетриной' есть особый смысл.
         Восточная поговорка 'Если на осла надеть тигровую шкуру, то храбрее он не станет' не совсем точна. Поскольку известно, как меняется ход мыслей человека, если на его голову надеть корону, а другую часть организма укрепить на троне. Посмотрите, еще 120 дней назад слова Медведева 'Свобода лучше, чем несвобода' показались нам чрезвычайно смелыми и (уж в который раз!) посеяли в России надежду на преобразования. А сегодня наш президент на вопрос иностранных журналистов: 'Как вы будете отвечать на эти озабоченности своих ближайших соседей?' выталкивает из сжатых губ: 'Мы не будем отвечать ни на чьи озабоченности'. Ничего не объяснять – это не юридический формат, а скорее формат права силы.
         Что касается морали, то, на мой взгляд, все достаточно корректно объяснил писатель Борис Стругацкий: 'О каких 'моральных правах' может идти речь, если помнить, что Саакашвили не совершил в Южной Осетии ничего такого, чего не совершили мы 15 лет назад в Чечне? И там, и там – сплошное 'восстановление конституционного порядка и непримиримая борьба с сепаратизмом'. Тут уж одно из двух: или мы правильно (законно, легально, высоконравственно) разобрались с Чечней, но тогда в чем мы можем винить Саакашвили?'.
         ...Сегодня говорят о том, что мы вернулись на 30 лет назад, когда после ввода войск в Афганистан (декабрь 1979 года) вместо политики разрядки Запад и Восток вновь ощетинились штыками. Вашингтон ввел экономические санкции, была бойкотирована Олимпиада-80 в Москве, в СССР началось очередное закручивание гаек. Но это не совсем так. И анекдоты весьма точно определяют нынешнюю политическую ситуацию в стране. Армянское радио спросили: 'Чем ситуация тех лет отличается от нынешней?' Армянское радио ответило: 'В 1980 году вместо ранее объявленного коммунизма состоялись Олимпийские игры. А ныне вместо ранее объявленных Олимпийских игр состоится коммунизм'...
         Запах коммунизма становится все отчетливей.
         Первый урок политической культуры преподал мне великий журналист Ярослав Голованов. Перекрывая зрачками пространство белка, он однажды грозно спросил меня: 'Что такое свобода?' Я стал лихорадочно подыскивать формулировки из учебника по диалектическому материализму. Тогда он, махнув рукой на мое растерянное лицо, сам же ответил: 'Это, когда тебя посылают на ...., а ты поворачиваешься и идешь, ну, куда тебе хочется'...
         Исходя из данного постулата, вполне можно сказать, что на дорогах Свердловской области значительно повысился уровень свободы. Там на одном из перекрестков почти неделю, извините, стоял дорожный знак 'Уступи дорогу' с искусно исполненным добавлением, посылающим всех водителей на три великие буквы.
         Водители, привыкшие к произволу ГИБДД, восприняли это как ненавязчивую рекомендацию вести себя на данном участке дороги предельно культурно. А жители близлежащих домов отреагировали на этот 'внедорожный знак' по-разному – одни радостно похохатывали, а другие отчего-то возмутились и сообщили об этом всем вышестоящим инстанциям.
         В местной инспекции ГИБДД, в ответ на гневный сигнал трудящихся, проявили поразительную толерантность, сообщив, что 'данный знак соответствует ГОСТу'! (Какой-то каменный ГОСТ!). Более того, по мнению этой государственной службы, он даже фактически соответствует нормативам. 'Если знак не вводит водителей в заблуждение относительно правильности направления дороги, то он является стандартным. Другой вопрос, что табличку, появившуюся невесть откуда, конечно, надо снять', – меланхолично отметил инспектор ГИБДД по дорожному надзору Илья Худяков.
         А пока различные службы выясняли, кто должен снять этот непечатный знак, водители законопослушно выполняли его требования и ехали в указанном направлении. Поскольку двигаться больше некуда.
         Иного нет у нас пути?

    Акрам Муртазаев, («Русская Германия», Германия).
    © «
    ИноСМИ», 18.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Медведев призвал послов не размениваться по мелочам

         «Мы понимаем, что процесс включения Абхазии и Южной Осетии в систему международных отношений не будет простым», – признал в четверг президент Дмитрий Медведев, принимая в Кремле верительные грамоты у двенадцати новых послов из самых разных стран, от Гватемалы до Бельгии. «Главное здесь – в максимальной мере избежать политизации», – посоветовал он дипломатам.
         К некоторым из новых послов Медведев обратился особо. Как, например, к Константину Грищенко, бывшему главе украинского МИД. Он, долго проработавший в команде Виктора Януковича, в итоге нашел свое место и в администрации Виктора Ющенко. На отношения между Россией и Украиной, заявил он, не должны влиять «никакие конъюнктурные соображения, никакие новые внешнеполитические симпатии, никакие внутренние кризисы». Отдельно напутствие получил и Джон Росс Байерли, который возглавит дипмиссию США. Перечислив то, чего уже добились в своих контактах Москва и Вашингтон, Медведев подчеркнул: «Разменивать по мелочам эти достижения, возрождая стереотипы вчерашнего дня, было бы политически недальновидно». Острых ситуаций, признал президент, было немало, но в итоге «всегда торжествовал здравый смысл».

    © «Известия», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Путин: «Wieviel?»* Шредер: «Hundert millionen»

    Вчера в Сочи председатель правительства РФ изучал две стройки века – газовую и олимпийскую

    «Ривьера» для премьера
    Новая резиденция Путина (премьерская) «Ривьера» – вид с сочинского аквадрома. Загружается с сайта КП <     Утро премьера в Сочи началось вчера с завтрака с «другом Шредером» (экс-канцлером ФРГ, ныне главой комитета акционеров газового проекта «Северный поток») и главой «Газпрома» Миллером.
         С одной стороны госрезиденция «Ривьера» примыкает к парку «Ривьера», откуда доносятся веселые возгласы курортников и даже шашлычный дух. С горки «Дракон» можно рассмотреть внутренний двор премьерской дачи, с туями и фонтаном, окруженным легкими арками с колоннами.
         Путин живет в старинном, постройки 30-х годов прошлого столетия, двухэтажном корпусе у моря. А вот его лабрадора Кони, которая любила бывать в сочинском «Бочаровом ручье» с Путиным-президентом, в «Ривьере» нет. Как стало известно нашему корреспонденту, Кони в Москве готовится надеть спутниковый ошейник, подключенный к системе «Глонасс». (Как-то Путин спросил вице-премьера Иванова, когда он сможет надеть на свою собаку такой ошейник, чтобы можно было определять ее нахождение. Ошейник вроде готов.)

    Дорогая экология
         За завтраком и после Путин говорил с утренними гостями про «Северный поток» (газ из России в Европу). Миллер пообещал газопровод к 2011 году. Он должен на четверть обеспечить растущие потребности Европы в природном газе (ну и как, скажите на милость, Евросоюзу можно подвергать Россию международной изоляции? – Авт.).
         С герром Шредером Путин говорил по-немецки – об экологии проекта. Шредер заверил, что с экологией порядок, иначе он бы ни за что не согласился бы стать во главе комитета акционеров, и что на экологическое исследование Балтийского моря будет потрачено 100 миллионов евро. «Wieviel?» (Сколько?) – удивленно спросил Путин. (Денежки-то в основном, вероятно, газпромовские). Шредер подтвердил, что 100 миллионов, «hundert millionen». Путину оставалось согласно кивнуть.

    Герхард Шредер обрисовал Владимиру Путину, сколько стоит экология в Европе. Загружается с сайта КП


    «Олимпиаду не отдадим!»
         Пока Путин занимался газом, в комплекс «Русь» съезжались участники президиума совета по спорту и подготовке к Олимпиаде в Сочи. Я спросила у президента Оргкомитета «Сочи-2014» Чернышенко, что он думает о стремлении некоторых наших противников отобрать у России Олимпиаду? «По политическим причинам отзыв не происходит, Олимпиада вне политики. Предпосылок для отзыва нет никаких», – ответил Чернышенко.
         Путин заметил, что недопустимо затягивание строительства олимпийских объектов. Что сроки и графики надо соблюдать.
         – В данном случае актуально утверждение «время – золото», – считает премьер, – причем в прямом смысле, олимпийское «золото»: чем раньше мы подготовим объекты, тем раньше станут тренироваться на них будущие олимпийцы и соответственно результаты России на будущей Олимпиаде будут возрастать.
         В Сочи, по словам Путина, начато строительство 19 олимпийских объектов (из 243-х. – Авт.). Да и то это в основном дороги и аэропорт. Непосредственно спортивные объекты пока в проектах и макетах.
         Но после министр регионального развития Козак пообещал, что все объекты Олимпиады будут полностью готовы уже в 2012 году, и только железнодорожная и автодорога Адлер – Красная Поляна – в 2013 году.
         * – cколько.
         ** – 100 миллионов.

    Лариса КАФТАН.
    © «
    Комсомольская правда», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Медведев против конфликта с Западом

    На решение перейти к политике «умеренной разрядки» в отношениях с Западом повлияли сразу несколько факторов

         Кремль не намерен и далее углублять конфронтацию с Западом в целом и США в особенности. В скором будущем будет принят целый пакет мер, направленных на улучшение отношений и ослабление напряженности в диалоге между Россией и ее ключевыми западными партнерами. Об этом сообщают сразу несколько информированных источников в администрации президента России и вокруг нее.
         На решение Дмитрия Медведева перейти к политике «умеренной разрядки» в отношениях с Западом повлияли сразу несколько факторов. К ним можно отнести и весьма умеренную реакцию Соединенных Штатов Америки и особенно Евросоюза на признание Россией Абхазии и Южной Осетии.
         Отсутствие попыток ввести реальные санкции против нашей страны показало, что Запад, несмотря на ястребиную риторику многих политиков и комментаторов, отнюдь не намерен ссориться с Россией из-за Грузии. Сказался и финансовый кризис: с учетом того, что наша экономика стала частью мировой, справиться с его последствиями без помощи Запада и тем более в условиях изоляции России практически невозможно.
         Пакет приоритетных мер в настоящее время разрабатывает неформальная рабочая группа, которую возглавил заместитель руководителя администрации президента Алексей Громов. Этот чиновник уже несколько лет занимается вопросами имиджа российской власти на Западе. Считается, что именно Громову принадлежит идея создания телеканала Russia Today, предоставляющего зарубежной аудитории объективную информацию о событиях в России, и регулярных встреч политологов – членов известного «Валдайского клуба» с российским руководством. На недавнем заседании «Валдайского клуба» Медведев особо отметил позитивную роль замруководителя АП в налаживании диалога официальной России с международным экспертным и журналистским сообществом.
         Алексей Громов успешно координировал работу с российскими и зарубежными СМИ во время югоосетинского конфликта.
         По сведениям наших источников, президент четко определил «группе Громова» «красные линии», за которые Россия отступать не может и не будет. Так, Кремль ни при каких обстоятельствах не откажется от признания Абхазии и Южной Осетии и размещения на территории этих двух новых государств военных баз. Заведомо исключаются также и радикальные уступки в экономической сфере, например, ратификация Договора к Энергетической хартии (ДЭХ), предполагающего свободный транзит азиатских энергоносителей через территорию РФ. Как известно, на ратификации документа давно и безуспешно настаивает Евросоюз.
         В то же время Кремль может, подобно белорусскому президенту Александру Лукашенко, облегчить участь ряда российских граждан, которых на Западе считают политзаключенными. (Впрочем, наши источники сходятся в том, что послабления, если они будут, вряд ли коснутся Михаила Ходорковского.) Вполне реальна либерализация условий участия крупных транснациональных корпораций в стратегических сырьевых проектах на российской территории. Ну и, конечно, «на десерт» Кремль может предложить Западу определенные кадровые перестановки: некоторые чиновники, вызывающие излишнее раздражение в Вашингтоне и европейских столицах, возможно, уйдут на задний план.
         Не в последнюю очередь речь идет о министре иностранных дел Сергее Лаврове, который сегодня превратился чуть ли не в живой символ растущей российско-западной конфронтации, особенно после его нашумевшего пикантного разговора с британским коллегой Дэвидом Милибэндом. Многие сходятся во мнении, что в «патриотической» риторике наш главный дипломат, формально призванный примирять политические противоречия и сглаживать острые углы, несколько перестарался. При том формально Лаврова, которого очень высоко ценят и Медведев, и Путин, могут даже повысить до вице-премьера, но лицом и голосом российской внешней политики он уже не будет. На замену ему рассматриваются несколько кандидатов, причем основной пока – все тот же Алексей Громов, руководитель рабочей группы «по умеренной разрядке». Кстати, Громов – кадровый дипломат и до прихода в Кремль в 1996 году работал в российском посольстве в Словакии.
         По-видимому, Дмитрий Медведев пытается найти решение, которое позволит стратегически замириться с Западом без какой бы то ни было «сдачи» геополитических позиций России. Если это удастся, можно будет с уверенностью говорить о начале новой эпохи в российской внешней политике, когда конструктивное партнерство с Западом будет «дружбой равных и сильных», а не отношениями всесильного начальника и робкого подчиненного.

    Константин Ремчуков.
    © «
    Независимая газета», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Государство – это я

    Сегодня независимость провозглашают не только части государств, но и города, острова и даже хутора

    Загружается с сайта НИ      Появление двух новых государств, Абхазии и Южной Осетии, о существовании которых еще недавно мало кто слышал за пределами Кавказа, вновь остро поставило перед миром вопрос о том, насколько соответствуют реалиям сегодняшней жизни старые государственные границы.
         В ХХ веке обрели независимость несколько десятков народов, что зачастую сопровождалось драматическими и даже трагическими событиями. Политологи предрекают: процесс этот продолжится и в новом тысячелетии. Однако стремление к независимости не всегда продиктовано национальными интересами. На свете все больше чудаков, которые провозглашают королевства, княжества и республики на своих шести сотках, в малогабаритной квартире или на ржавой платформе в открытом море. При этом они отнюдь не вкушают прелести одиночества – напротив, настойчиво напоминают о своем существовании в прессе и Интернете, предлагают всем желающим стать их подданными, чеканят монеты, печатают марки и требуют от мирового сообщества признать их суверенитет. «НИ» попытались разобраться, что движет людьми, пытающимися внести коррективы на глобусе.
         Согласно древней легенде, когда Бог делил землю, делегат от одного маленького, но гордого народа к раздаче опоздал. Творец был очень обижен, однако простил припозднившегося, узнав, что тот принимал в доме дорогих гостей, и подарил ему кусочек земли, который приберег для себя.
         Самое интересное, что эта легенда существует в фольклоре самых разных народов – грузинском, армянском, абхазском, кабардинском, балкарском, даже киргизском и хорватском. Так или иначе, есть основания предполагать, что к вышеупомянутой раздаче опоздало гораздо больше людей, чем гласит предание.
         В 1991 году была создана Организация Непредставленных Народов. В числе ее учредителей были и населявшие СССР армяне, крымские татары, латыши, эстонцы и грузины. Ныне в состав ОНН входят 69 этнических групп и меньшинств, насчитывающих более 150 млн. человек. Всего же, по данным организации, сегодня в мире более 300 народов, которые формально имеют право претендовать или де-факто претендуют на создание собственного независимого государства.

    Отделиться от бледнолицых
         В эту среду около тысячи человек устроили митинг в столице индонезийской провинции Папуа с требованием провести референдум о независимости региона. Организаторы акции требуют поднять вопрос о статусе Папуа на ближайшем заседании Генеральной ассамблеи ООН. Папуасы борются за независимость почти сорок лет. В 2001 году провинции была предоставлена широкая автономия, но папуасы-сепаратисты на достигнутом не остановились. Несколько дней назад в Папуа произошла серия взрывов в аэропорту и неподалеку от угольной шахты, которая принадлежит одной из американских компаний. Ответственность за теракты взяла на себя группировка сторонников независимости Папуа.
         Впрочем, папуасы или испанские баски – это исключение из правила. Представители других сепаратистских движений не оглашают родные просторы взрывами, а настойчиво стучатся в двери высоких кабинетов.
         Четыре года назад в Дании была создана специальная комиссия, которой было поручено подготовить проект «мягкого» перехода от автономии к полному отделению от королевства самого большого острова на Земле – Гренландии. Камнем преткновения на этом пути являются нефтяные месторождения. Только в районе северо-восточной Гренландии запасы «черного золота» оцениваются в 31 млрд. баррелей – в 80 раз больше, чем располагает Дания в своем секторе Северного моря. Так что переговоры могут затянуться на долгие годы.
         В марте Закарпатский областной совет заявил о возможном провозглашении независимости региона от Украины, если власти и впредь не будут признавать национальность «русин» и отказывать в создании Закарпатской автономии.
         Кое-кто, впрочем, не ждет милости от «старшего брата». Полгода назад индейцы племени лакота объявили об отделении от США. «Мы больше не граждане Соединенных Штатов, и все те, кто живет в зоне пяти штатов, которые охватывает наша страна, могут присоединиться к нам», – заявил борец за права индейцев Рассел Минс. Аборигены направили в госдеп США официальное извещение о разрыве в одностороннем порядке всех договоров, подписанных с американским правительством. «Наши действия согласованы с законодательством по соблюдению договоров, принятых на Венской конвенции и ратифицированных США и остальной частью мирового сообщества в 1980 году, – подчеркнул Минс. – Мы имеем юридическое право быть свободными».

    Острова в океане
         «Что нам стоит дом построить, нарисуем – будем жить». Этот принцип, оказывается, действует и в отношении государств. Так, минувшим летом 65-летний Стюарт Хилл, владелец островка Форвик в Северном море у побережья Шотландии, провозгласил независимость от Великобритании своего кусочка суши. «Монархи и правительства Шотландии, Великобритании и Соединенного Королевства в течение многих лет удерживали власть над островами, на которые они не имели прав», – говорится в заявлении, размещенном Хиллом на официальном сайте Форвика. Островитянин поделился планами на ближайшее будущее. Он собирается ввести собственную валюту, печатать марки своего государства и поднять на острове собственный флаг. «Не будет никакого подоходного налога, налога на добавленную стоимость и других налоговых сборов, взимаемых британским правительством, – обещает форвикский правитель. – Я приглашаю всех жителей любой страны, кто хочет освободиться от лжецов, воров и тиранов, стать гражданином Форвика». Впрочем, вряд ли любому желающему удастся воспользоваться этим приглашением: площадь Форвика – всего 1 гектар.
    Загружается с сайта НИ      Другой остров в океане, обретший широкую популярность, – Силандия. Его правитель, отставной майор Падди Рой Бейтс, обосновался в 1967 году с семьей на заброшенной морской платформе вблизи территориальных вод Великобритании. В годы Второй мировой войны на платформе были размещены зенитные батареи. Самое интересное, но Британия после долгих судебных тяжб признала независимость Силандии. Основной источник доходов княжества, выпускающего собственные марки и чеканящего серебряные монеты, – продажа дворянских грамот и паспортов, дающих право время от времени гостить на новой родине. Отойдя от дел, 86-летний Бейтс передал в прошлом году бразды правления сыну Майклу, а тот поспешил выставить княжество на продажу. Рекламируя товар, принц предположил, что в помещениях форта можно создать игорный комплекс или офшорную банковскую компанию. «От нас открывается великолепный вид на море, – отметил принц. – К тому же никаких соседей».
         Вскоре стало известно, что Силандию приобрел некий предприниматель из Казахстана. А в сентябре Sealand News, электронная газета мини-государства, сообщила, что княжество получило многомиллионные инвестиции на запуск собственного спутника связи, благодаря чему оно получит полную свободу в Интернете.
         Свобода – вот единственное, к чему стремятся создатели всех новых государств. И зачастую остаются ни с чем. В июне власти Копенгагена, столицы той самой Дании, которая готова даровать свободу Гренландии, заявили о намерении «закрыть» всемирно известное государство хиппи Христианию. Напомним, что вольное государство Христиания возникло в 1971 году – после того как «дети цветов», проведя в центре города свой фестиваль, обосновались в заброшенных армейских казармах, вслед за чем избрали свое правление, следившее за соблюдением местных законов. В Христиании были запрещены насилие, торговля недвижимостью, ношение оружия, распространение тяжелых наркотиков и автомобили.
         Решение чиновников привело безобидных хиппи в ярость. «Мы убеждены, что решать проблемы люди способны без указаний сверху, – заявила одна из старожилок Христиании. – Позвольте людям приезжать сюда, дайте возможность разрастаться этим самоорганизующимся структурам органично! От этого будет польза для всех!».

    «Берите, сколько сможете унести»
         В 1990-1991 годах на волне «парада суверенитетов» почти все национальные образования Российской Федерации объявили себя республиками. Кое-где государственное строительство опустилось и на районный уровень. Так, 10 августа 1991 года в столице Карачаево-Черкесской автономной области городе Черкесске было провозглашено создание Баталпашинской Казачьей Республики. 19 августа по соседству появилась Зеленчукско-Урупская Казачья Республика. 30 ноября они объединились в Верхне-Кубанскую Казачью Республику, а потом вступили в Союз Казачьих Республик Юга России и стали претендовать на статус республики в новом союзном государстве.
         Все эти демарши были проигнорированы Москвой. Самой серьезной попыткой суверенизации стало объявление в июле 1993 года о преобразовании Свердловской области в Уральскую Республику. К ее созданию подошли серьезно: провели референдум, утвердили конституцию, на Пермской фабрике Гознака напечатали уральские франки, начали подготовку к выборам двухпалатного парламента и губернатора республики. Но 9 ноября Борис Ельцин распустил свердловский облсовет и отправил в отставку губернатора Эдуарда Росселя. А ведь говорил: «Берите суверенитета, сколько сможете унести»...

    Короли-призраки
         В мире насчитывается не менее полутора десятков государств, существование которых призрачно и напоминает игры для взрослых, впрочем, игры подчас прибыльные. Республика Конк на территории американского города Ки-Уэст (штат Флорида) была провозглашена в 1982 году и тотчас объявила войну Соединенным Штатам. Война закончилась признанием поражения. Все это было затеяно для привлечения туристов, в чем конкцы и преуспели. Еще один успешный бизнес-проект – австралийская провинция Хатт Ривер. Воспользовавшись неоднозначным толкованием законов, семейство Кесли отказалось продавать свои земли (около 500 кв. километров) государству. Провинция печатает свои деньги и выпускает почтовые марки. Гражданами провинции считают себя около 13 тыс. человек из многих стран мира. Так что границы ее весьма размыты на карте мира. Что касается России, то с ее границами, захватывая, впрочем, части территории стран СНГ, совпадают очертания Великой Скифии, созданной в 1997 году. Граждане этого государства стремятся воссоздать культуру и традиции скифского народа, борются в виртуальном пространстве с национальными предрассудками.
         Самый, наверное, забавный пример государства-призрака – Султанат Окуси Амбено, придуманный студентами из Новой Зеландии. На появившемся в Интернете сайте часть территории Восточного Тимора была представлена в качестве независимого государства. Основой экономики объявлялось производство галлюциногенных грибов. Позднее студентами была налажена торговля почтовыми марками с портретом Ленина.

    Вперед, в прошлое!
    Народные комиссары Эстонской Советской Социалистической Республики. Загружается с сайта НИ      Между тем среди создателей независимых государств есть и такие, кто убежден, что новое – хорошо забытое старое. 28 августа этого года мир облетела новость о создании в Эстонии на двух хуторах в уезде Иду-Вирумаа, недалеко от границы с Россией, Эстонской Советской Социалистической Республики. «Не хотим больше жить в буржуазной Эстонии, где никому нет дела до простого человека, вырубают леса, свирепствуют безработица и коррупция, где все решает НАТО и американцы, и чествуют фашистское отребье, – заявил журналистам председатель Совета народных комиссаров ЭССР Андрес Тамм. – У меня дед был в антифашистском подполье, воевал с «лесными братьями», и я не могу согласиться с происходящим». Увы, дождаться признания независимости российскими властями товарищу Тамму не удалось: по информации Ленинградского обкома КПРФ, хуторянам через несколько дней «пустили петуха».
         Это не первая попытка вернуться в коммунистическое прошлое на своих законных квадратных метрах. Житель Воеводины (край в составе Сербии) Блашко Габрич был так удручен исчезновением с карты мира Югославии, что присвоил это название своему земельному владению в три гектара. Габрич провозгласил себя первым президентом возрожденной республики, поставил по периметру участка пограничные камни и закупил 30 тыс. югославских флажков для последующей продажи туристам. По утверждению Габрича, за первую неделю существования Новой Югославии он получил около сотни обращений с просьбами о предоставлении гражданства.
         А бакинец Самир Мамедов в марте 2005 года объявил территорию своей двухкомнатной квартиры независимым государством с конституционно-монархической формой правления. Что касается численности населения Мамедской империи и условий, согласно которым человек сможет называть себя ее подданным, то, по словам монарха, это дело отдаленного будущего. «На сегодняшний день численность населения в моей стране составляет четыре человека, но я намерен в скором времени ее существенно пополнить», – заверяет правитель. Правда, вскоре Мамедов исчез. По некоторым данным, его виртуальная империя переехала на территорию Нагорного Карабаха, где, судя по всему, бесславно закончила свой недолгий век.

    КТО НА ОЧЕРЕДИ?
         Региональное правительство Страны басков (автономная область на севере Испании) видит в решении проблемы Косово пример для подражания. Об этом сообщила сразу после принятия лидерами косовар декларации о независимости член баскского правительства Мирен Аскарате. Она предсказала, что XXI век станет «веком самостоятельности малых народов». Депутат испанского парламента Жоан Тарда, комментируя объявление независимости Косово, заявил, что Каталония «пойдет по такому же пути».
         В конце августа группа сторонников независимости Сардинии объявила независимость острова Маль-ди-Вентре у западного побережья Италии. Уже в первые сутки с просьбой о предоставлении гражданства к ним обратились 350 итальянцев. Среди борющихся за свою независимость – Внутренняя Монголия и Тибет (Китай), Фламандия (Нидерланды), Северная Ирландия (Великобритания), Эльзас и Лотарингия (Франция), Тамил-Илам (Шри-Ланка), Пенджаб (Индия), канадская провинция Квебек, курды в Ираке, Иране и Турции, туареги Мали и Нигера.
         Наблюдатели относят к группе сепаратистов население Крыма, где свыше 70% русские, желающие воссоединения полуострова с Россией. Вероятно, провозглашение независимости и в части Румынии, населенной венграми – Трансильвании.

    © «Новые Известия», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Закат тучных лет

    Загружается с сайта Газета.Ru      Руководству страны следует готовить граждан к тому, что эпоха всевозрастающего благоденствия подходит к концу. В противном случае навес завышенных ожиданий обрушится на власть в виде неуправляемого возвращения народных масс в политику.
         Наблюдая за падающими рынками и нарастающими кризисными явлениями в экономике, ловишь себя на мысли, что российские власти никак не решатся сделать во внутренней политике то же, что и во внешней.
         Ударной во внешнеполитической риторике является констатация того, что после августа мир стал другим, всем пора избавиться от иллюзий, признать, в каком кризисном положении находится система международных отношений, и оценить всю сложность и неопределенность столкновения с будущим. Разъяснению этой позиции посвящены не только многочисленные официальные заявления, но и эмоциональные политические консультации с иностранными коллегами, терпеливые интервью зарубежным СМИ, откровенные встречи с валдайскими политологами.
         Применительно же к текущим обстоятельствам внутренней социально-экономической ситуации в стране таких интенсивных консультаций с обществом (за исключением бизнеса) не наблюдается.
         Государство продолжает демонстрировать, что ничего принципиально не меняется. Все стабильно, несмотря на временные трудности. Завтра, несомненно, все будет лучше, чем вчера.
         Принципы движения в светлое и ясное будущее остаются прежними.
         Когда нужно тушить пожар и выводить из истерической трясучки инвесторов, такой успокаивающий психотерапевтический подход, скорее всего, и верен. Однако что дальше? Следует ли и впредь действовать в прежней логике? Или применительно к внутреннему состоянию России тоже придется зафиксировать конец некоторых иллюзий и констатировать, что после пикирующего сентября Россия должна стать и стала другой, а будущее всевозрастающего благоденствия нам вовсе не гарантировано?
         Такая перемена экономической повестки жизни страны, несомненно, представляет серьезную и политическую, и социальную проблему. Это означало бы, что
         вслед за «лихими 90-ми» годами, по сути, закончившимися после кризиса 1998 года, страна прощается и с «тучными нулевыми».
         Одновременно пришлось бы признать, что при всей позитивности минувшего периода, социально-экономическая успешность этих лет в значительной степени была успешностью ресурсной конъюнктурной «прухи». Основывалась на восстановительном росте после предыдущего провала, переделе и проедании ранее созданных мощностей и инфраструктуры. Расцветала на полухалявном потребительском буме мгновенного приобретения будущего взаймы. Стояла на тощих ножках отечественной финансовой системы, которая, подобно потребительскому рынку, в решающей степени зависела от импорта, сидела на получаемых из-за границы и перепродаваемых внутри страны кредитных ресурсах. Консервировала преимущественно рентное экономическое и социальное поведение и элиты, и общества. С соответствующей всей этой истории «однополярной» и предельно прямой в своей вертикальности системой внутренней политики, вполне адекватной решению задач внутриэлитного и общественного перераспределения ренты.
         Позитивный момент прощания с прошлым вроде бы заключается в том, что без такого признания и понимания обществом невозможности инерционного развития нельзя всерьез говорить и о лелеемой Кремлем программе модернизации и инновационного рывка, которые, по всей видимости, призваны стать символом и смыслом новой десятилетки. И
         наметившийся кризис, как это вообще часто бывает с кризисами, дает хорошие возможности и открывает новые перспективы для реальной переориентации всей политической, экономической и социальной системы на модернизационные задачи.
         Но тут возникает подспудно осознаваемая проблема массовой реполитизации общества. Ведь экономический рост, рост доходов и потребительский бум последних лет являются важнейшей основой нынешней формулы политической стабильности. Выступают во многом той анестезией, которая порождает нечувствительность общества ко многим внутриполитическим вопросам. Появившиеся у граждан в последние годы возможности материального обустройства и повышения качества собственной жизни были одним из факторов роста политической апатии.
         С одной стороны, принцип невмешательства общества в дела власти, устраивающей всех массовой аполитичности был закреплен в обмен на то, что разбогатевшее государство дало гражданам некие дополнительные гарантии и повышенные обязательства роста доходов и социального патернализма. Одновременно
         для значительной части общества расширение и доступность благ потребительского общества (того же кредита) также изрядно способствовали концентрации на зарабатывании и отрабатывании денег.
         Растущий «средний класс» практически полностью погрузился в многотрудное обустройство собственной жизни при политической индифферентности и под лозунгом «Политика? – На это нет времени».
         Теперь, когда лихорадка на финансовых рынках может обернуться существенными экономическими последствиями, и не исключено, что и гражданам придется более консервативно оценивать свои надежды на будущее, у самых широких слоев населения снова могут начать возникать вопросы к государству из серии: «И как мы дальше жить-то будем?»
         Естественно, у власти велик соблазн занять утешительно-успокоительную позицию, объяснять, что никого, кроме узкого круга страшно далеких от народа инвесторов, это не коснется. И самим верить, что ничего подобного и правда не произойдет, «проскочим» и все «как-то эдак» останется по-прежнему.
         Однако это означает отказ из тактических соображений снять сформированный «тучными нулевыми» как в элите, так и в обществе опасный навес завышенных ожиданий и надежд по поводу того, чтобы и дальше, и больше, и само собой, и навсегда продолжались быстрый, постоянный и непрекращающийся экономический рост, рост доходов и рентных платежей. Но
         выполнение экономикой требования «обязательного благоденствия» совсем не очевидно и, как теперь выясняется, может сорваться в любой момент. И если «не проскочим» сейчас или в следующий раз, то разрыв между ожиданиями и реальностью станет слишком высок.
         Тогда этот самый навес завышенных ожиданий обрушится на власть в виде гораздо более масштабного и менее управляемого возвращения народных масс в политику.
         Судя по всему, ситуация близка к той, которую принято описывать известной формулой: «если процесс нельзя остановить, то его лучше возглавить». Иначе говоря, лучше аккуратно разобрать руками некоторые собственные и общественные иллюзии, чем ждать, пока они свалятся на голову.
         Автор – заместитель директора Института социальных систем при МГУ имени Ломоносова

    ДМИТРИЙ БАДОВСКИЙ.
    © «
    Газета.Ru», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Расплата «поколения нулевых»

    Загружается с сайта Газета.Ru      «Путинская стабильность» уходит в прошлое, а с нею и стиль жизни многочисленного слоя людей, этой «стабильностью» сформированных, вкусивших ее плоды и поверивших, что она – навсегда.
         Нулевые годы ХХI века заканчиваются раньше календарного срока. Наступают новые времена, о которых пока что можно сказать только одно: они будут другими, непохожими на те сытые и серые годы, которые остаются позади. Другими придется стать и тем, кто успел заставить себя к этим годам привыкнуть, а также и тем, кто ничего другого с самого начала и не желал.
         За эти неполные десять лет успело сложиться целое поколение, «поколение нулевых». Разочарованное в политической романтике перестроечных лет и утомленное лихорадочной суетой 90-х, оно почти без сомнений приняло возврат к немудреным правилам застойной эпохи. Тем более что эпоха эта несла больше достатка и меньше бытовых запретов и ограничений, чем брежневский застой, пережитый их родителями.
         Достаточно было жить в большом городе, а еще лучше – в Москве или Петербурге, иметь сносное образование и уживчивый характер, чтобы спокойно начинать карьеру и надеяться на успех – неплохой для всех желающих и блестящий для тех, кто со связями.
         «Все меньше новых русских, все больше новых совков» – одна из немногих поговорок, рожденных этим временем, – не совсем справедливая, но ухватывающая что-то главное.
         Не высовываться. Не забывать, что молчание – золото. Не быть из тех, кому больше всех надо. Помнить, что инициатива наказуема, а некомпетентность – нет. Добавьте еще несколько таких же премудростей, и формула успеха «нулевых лет» готова.
         Для того чтобы стать зажиточным, не надо и даже, пожалуй, нежелательно быть трудоголиком и уж точно не стоит рисковать и «крутиться», как в лихие 90-е. К тем, кто выбирал верный путь, достаток приходил как бы сам, без сверхусилий.
         Правда, чтобы стать не просто зажиточным, а богатым, нужно было получить разрешение начальства или от рождения к нему принадлежать. Это удавалось не всем. Но ведь появилось и множество просто успешных людей – с неплохими квартирами и машинами, с возможностями дать пристойное образование детям, с обязательными ежегодными поездками на недорогие курорты Средиземноморья.
         Забыть испытания и мечты 80-х и 90-х, перечеркнуть их как времена господства неправильных идей,
         замкнуться в семейном и дружеском кругу, считать любой несанкционированный общественный активизм занятием для неудачников и маргиналов – они не видели в этой позиции ничего ущербного и уж тем более житейски недальновидного.
         Власти покровительственно называли их «средним классом» и весьма ценили за невмешательство в свои дела, за любовь к утробному юмору телевизионных комиков, за делом доказанную невосприимчивость к западной заразе: круг интересов наших «среднеклассовых» туристов – лишь пляжи да шопинг, а для людей широких взглядов – еще казино и веселые кварталы.
         Готовность развлекаться, ни на что не обращая внимания, в эти годы принимала самые острые формы. После катастрофического цунами в Таиланде среди тех приезжих, кто продолжал веселиться, не глядя на развалины и похоронные команды, было неприятно много россиян. А гибель двух наших пассажирских самолетов, взорванных смертниками четыре года назад, была просто проигнорирована болельщиками, которые, не отрываясь от экранов, радовались победам наших спортсменов на тогдашней олимпиаде. Формально объявленный траур никто не заметил, и только случившаяся несколько дней спустя бесланская катастрофа вывела общество из состояния бесчувствия. Но ненадолго.
         «Нулевые годы» не были мирными. Они начались и закончились войнами – второй чеченской и грузинской. А «малое» кровопролитие на Кавказе не прекращалось ни на день. Но «люди нулевых» легко приучились не принимать этого близко к сердцу и либо вовсе не замечали, либо смотрели со стороны как захватывающее телешоу.
         «Поколение нулевых» – это в большинстве державники. Но державники особого рода. Которые, во-первых, ничуть не удивляются тому, что их никто не спрашивает, как этой державой управлять. А во-вторых, и сами ничем ради державы не жертвуют.
         Ни они, ни их дети в армию, за редким исключением, не идут. А снизить собственный жизненный уровень ради «вставания с колен» если и согласятся, то никак не по своему почину, а только по приказам сверху, которые, как считается, всегда безропотно выполняют.
         Кстати, эту безропотность никто еще не проверял на прочность – уровень жизни все нулевые годы быстро рос, что и было стержнем той картины мира, которая существовала в головах этого поколения.
         Но мир оказался другим. «Поколение нулевых» начинает чувствовать себя обманутым, хотя вряд ли задумывается о том, как само было радо обманываться. Теперь ему вместе со всеми прочими согражданами искать и находить новые пути. Главная ошибка, которую следующее поколение может сделать, – это забыть опыт уходящих нулевых годов, как «люди нулевых» забыли некогда опыт своих предшественников.

    © «Газета.Ru», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Россия диктует миру законы, потому что миру нужны ее товары

    «Если представить, что торговые партнеры России скажут: мы у вас больше ничего не покупаем и ничего больше вам не продаем...»

    Загружается с сайта ИноСМИ      Россия и так никогда не была замечена в охоте к принятию международных стандартов – если большая часть Европы перешла на григорианский календарь уже к концу 18-го века, то Россия встала в строй только после большевистской революции 1917 года, – а уж после августовского грузинского кризиса Москва предприняла целый ряд действий, которые многим кажутся уже целенаправленным отказом от международных экономических правил.
         Сначала на таможенных постах были задержаны десятки турецких грузовиков; затем Россия объявила, что приостанавливает обязательства, которые взяла на себя ради вступления во Всемирную торговую организацию; затем запретила импорт мяса птицы от 19 американских компаний; и, наконец, предупредила, что 'пересмотрит' торговые привилегии, которые сегодня распространяются на Украину.
         По словам противника нынешнего Кремля Андерса Аслунда (Anders Aslund) из вашингтонского Института международной экономики имени Петерсона (Peterson Institute for International Economics), 'Россия разрывает соглашения со скоростью два в день'.
         Официальные лица, впрочем, уверяют, что Россия вовсе не поворачивается спиной к миру. Президент Дмитрий Медведев на этой неделе заявил, что Москва – единственная крупная торговая держава, еще не входящая в ВТО – в принципе хочет вступить в этот клуб. Однако эксперты и чиновники от экономики не уверены, что Россия готова идти на жертвы, которыми это вступление сопровождается. Они утверждают, что история выполнения правил, которые ограничивали бы ее действия в отношении торговли и иностранных инвесторов, у России совсем не безоблачная.
         В начале 90-х годов, по окончании советской эры, Россия быстро начала собирать в мире баллы за экономическую респектабельность. При Борисе Ельцине – он был президентом с 1991 по 1999 годы – было заключено множество двусторонних соглашений по защите иностранных инвесторов; также был подписан Договор к Энергетической хартии (Energy Charter Treaty), гарантирующий инвестиции в нефть и газ и поставки этих энергоносителей. В 1993 году Москва вступила на долгий и тернистый путь кандидата в ВТО.
         Однако первые препятствия на пути, завершающем десятилетия – да что там, века – относительной торговой изоляции России начали просматриваться еще до того, как на смену Ельцину пришел Владимир Путин. Дума (российский парламент) отказалась поддержать некоторые двусторонние договоры, включая российско-американский, и не ратифицировала Договор к Энергетической хартии. А с приходом Путина энтузиазм Москвы в отношении международной торговли и инвестиций стал еще меньше. Действие старых договоров быстро истекло, а для новых Россия создала свою собственную модель, по которой иностранные инвесторы получали гораздо меньше защиты, чем в ельцинские годы. Что касается существующих соглашений, то Кремль обернул в свою пользу замеченные в них двусмысленности и заявил, что Россия будет сама определять, в каком случае его действия будут квалифицироваться как 'экспроприация' активов иностранных инвесторов, а в каком – нет.
         Некоторые разгневанные инвесторы пытаются отсудить свое – в 2004 году, после фактической конфискации активов нефтяного гиганта 'ЮКОСа', европейские акционеры компании подали на российское правительство самый крупный в истории инвестиционный арбитражный иск. По словам их адвокатов, Договор к Энергетической хартии имеет действие даже без ратификации. У американских акционеров «ЮКОСа», заметим, таких возможностей нет, потому что США этот договор вообще не подписали.
         Но, судя по опыту, даже если суд что-то присуждает, получить должное с России, скорее всего, тоже будет непросто. В 1998 году арбитраж присудил немецкому бизнесмену Францу Зедельмайеру (Franz Sedelmayer) компенсацию за конфискацию его собственности в Санкт-Петербурге, но Россия отказалась платить, и ему понадобилось без малого десять лет судебных тяжб, чтобы убедить суд конфисковать российские заграничные активы. Эммануэль Гейяр (Emmanuel Gaillard) возглавляет парижскую юридическую фирму Shearman and Sterling и представляет интересы европейских акционеров «ЮКОСа»:
         – У России ужасная история исполнения судебных решений. Они хотят иметь договоры, но – без обязательств с их стороны.
         Даже до грузинского кризиса у России были проблемы со вступлением в ВТО. Блокировать прием нового члена может каждая из 153 входящих в ВТО стран, и, по словам членов торгово-дипломатических миссий, Тбилиси, в частности, сам затруднял этот процесс. В ответ на эмбарго, наложенное Москвой на грузинский экспорт два года назад, Грузия не давала проводить встречи официальной рабочей группы по вступлению России.
         Путин заявляет, что Россия не будет вступать в ВТО, если цена окажется для нее слишком высокой, и уже предупредил, что импортные квоты на мясо птицы и другие продовольственные товары, на которые Россия согласилась в процессе переговоров по ВТО, могут быть отменены.
         Кроме того, Москва уже сигнализировала о возможной отмене двусторонних торговых привилегий для Украины – по словам представителей России, поскольку ее сосед недавно вступил в ВТО, теперь привилегированный доступ Украины на российский рынок смогут использовать в качестве экспортной платформы все члены организации. Ответить Киеву практически нечем: несмотря на различные попытки связать бывшие республики Советского Союза в единую зону свободной торговли, между Россией и ее соседями до сих пор действуют кусочечные и слабые торговые соглашения. Аслунд утверждает, что, за исключением экономического союза России и Беларуси, они 'не имеют никакого существенного значения'. В отличие от большинства других двусторонних и региональных торговых договоренностей, они не являются обязывающими документами; механизм арбитража для разрешения споров в них вовсе не прописан.
         Из-за всего этого международные инвесторы и иностранные государства остались фактически без каких-либо официальных инструментов, способных остановить нынешние выходки России на торговой арене. Когда ЕС предупредил, что может остановить переговоры по возобновлению 'соглашения о партнерстве' с Россией – значение которого, по утверждению Аслунда, и так главным образом символическое, – постоянный представитель России при ЕС Владимир Чижов заявил журналистам без экивоков: 'Эти переговоры или это новое соглашение нужны нам не больше, чем самому ЕС. Европейский Союз скорее наказывает сам себя'.
         Россия – нетто-экспортер энергоносителей и продовольствия, и при нынешних высоких ценах и на то, и на другое ее позиции за столом переговоров весьма крепки. Что же касается Брюсселя, то ключевое требование, которое он предъявляет Москве в процессе переговоров по ВТО – не ограничивать и не облагать налогами экспортные потоки сырья. Прямо скажем, не совсем признак силы Брюсселя.
         – Если представить, что торговые партнеры России скажут: мы у вас больше ничего не покупаем и ничего больше вам не продаем, то, конечно, Россия пострадает, – говорит Маша Липман (Masha Lipman) из Московского центра Карнеги (Carnegie Moscow Center). – Однако представить это совершенно невозможно.
         – У русских вмешательство в торговлю всегда получалось гораздо лучше, чем у европейцев, – говорит Кристофер Робертс (Christopher Roberts), старший аналитик юридической фирмы Covington and Burling. – Стоит европейцам попробовать это сделать, как их трейдеры тут же рвутся в бой.
         Медведев заявил на этой неделе, что Россия не хочет быть изгоем:
         – Нам не нужны ни конфронтация, ни изоляция. У нас это уже было, десятки лет.
         Однако, если только на Москву не повлияет расстройство ее банковской системы или падение спроса на нефть, нынешняя цена баллов международного признания, скорее всего – это больше того, что она согласна платить.

    Алан Битти (Alan Beattie), Чарльз Кловер (Charles Clover), («The Financial Times», Великобритания).
    © «
    ИноСМИ», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    США предупреждают: агрессивной России грозит положение изгоя

    Самые резкие нападки на Кремль после окончания войны в Грузии. Планы ОБСЕ разместить наблюдателей в Южной Осетии сорваны

    Загружается с сайта ИноСМИ      Вчера администрация Буша обвинила Кремль в агрессивности и авторитаризме и заявила, что главной целью вторжения России в Грузию было сместить президента страны Михаила Саакашвили. В самом жестком заявлении с тех пор, как в прошлом месяце российские войска разгромили грузинские в ходе пятидневной войны, госсекретарь США Кондолиза Райс (Condoleezza Rice) заявила, что президент Дмитрий Медведев и его премьер-министр Владимир Путин ведут Россию к положению изгоя.
         Выпад США совпал с крахом попытки разместить десятки наблюдателей Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе в конфликтных зонах Грузии. Россия отказалась позволить им патрулировать Южную Осетию – мятежный регион в северной Грузии, независимость которого признала Москва.
         Продолжавшиеся несколько недель переговоры в штаб-квартире ОБСЕ в Вене завершились срывом. По словам западных дипломатов, Россия ужесточила условия, на которых предполагалось разместить наблюдателей, с целью исключить любое международное присутствие в Южной Осетии. Договоренность об отправке в Грузию 100 военных наблюдателей ОБСЕ была уже достигнута, однако переговоры об их полномочиях зашли в тупик, после того как США и их европейские союзники отказались принять новые условия России. 'Оснований для консенсуса не нашлось, – заявил председательствующий в ОБСЕ представитель Финляндии. – Продолжать переговоры не было смысла'.
         У восьми военных наблюдателей ОБСЕ в Грузии есть мандат на деятельность в Южной Осетии, однако с тех пор как кончилась война, русские не позволяют им посещать спорный регион.
         Вторжение в Грузию было только одним из проявлений растущей агрессивности России за пределами ее границ, – заявила Райс в ходе выступления в Вашингтоне, сославшись на использование Москвой энергетических ресурсов в качестве политического оружия, ее угрозы нацелить на Польшу и Чехию ядерное оружие и ее выход из международных соглашений по контролю над вооружениями.
         'Сейчас наша стратегическая задача – дать понять руководству России, что их действия загоняют Россию на путь, ведущий к самоизоляции и утрате международной значимости, без возможности вернуться назад, – считает госсекретарь. – В результате этой модели поведения Россия выглядит все более авторитарным во внутренней политике и агрессивной во внешней'. 'Основной целью' войны, которую Москва вела в Грузии, было свергнуть правительство Саакашвили, и эта цель так и не была достигнута, уверяет она.
         Вчерашнее неудачное завершение переговоров в Вене означает, что главную международную роль в Грузии будет играть ЕС.
         Президент Франции Николя Саркози (Nicolas Sarkozy) договорился с Кремлем об отправке в Грузию как минимум 200 наблюдателей ЕС. Они должны прибыть туда до конца месяца и разместиться в объявленной Россией 'буферной зоне' у границ сепаратистских областей, которые Москва признает независимыми государствами. Доступа в Южную Осетию и Абхазию, в которых русские размещают 8000 солдат, они не получат.
         Мирный план Саркози вызвал приглушенную критику в Вашингтоне и штаб-квартире НАТО за излишнюю мягкость по отношению к русским. Однако представители ЕС отвергают насмешки. 'Без ЕС русские не вышли бы [из Грузии]. Никаких альтернатив ему нет. Американцы не помогут решить эту проблему' – заявил один из европейских чиновников.
         Возглавить миссию ЕС в Грузии должны немецкие и французские дипломаты. 140 из 200 ее сотрудников будут представлять Францию, Германию и Италию, проявивших в ходе конфликта пророссийские тенденции. Британию будут представлять 20 сотрудников.

    Иэн Трейнор (Ian Traynor) («The Guardian», Великобритания).
    © «
    ИноСМИ», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Признания военных России доказывают версию Грузии

    Cолдаты 58-й армии находились в Южной Осетии еще до того, как российские власти это признали

         Два независимых друг от друга источника откровенно признали на страницах российских газет, что войска 58-й армии были на территории Грузии еще до того, как грузинские танки добрались до Цхинвали.
         С начала военной операции Грузии против атак со стороны Южной Осетии российские власти обвиняли Тбилиси в развязывании агрессии против непризнанной республики, указывая на то обстоятельство, что первыми на территорию региона вторглись именно войска Грузии.
         Недавно в двух небольших российских изданиях появились признания российских военных, которые опровергают эту версию и подтверждают информацию грузинских властей о том, что поводом для начала операции послужила, среди прочего, и информация о выдвинувшихся с территории России подразделениях.

    Учения с двух сторон
         'Мы были на учениях недалеко от столицы Южной Осетии – Цхинвали', – начал капитан Денис Сидристый свой рассказ газете 'Красная звезда'. 'Нижний Зарамаг, который находится в заповедной зоне Северной Осетии, был местом дислокации нашего лагеря, но 7 августа мы получили приказ двинуться на Цхинвали, – вспоминает военный. – Нас подняли и приказали отправляться. Когда мы добрались до места и обустроились, 8 августа рвануло так, что многие впали в замешательство. Сразу после полуночи начался разрушительный обстрел города'.
         Учения 'Кавказ-2008', о которых рассказывает капитан, начались в непосредственной близости от границ Грузии незадолго до начала вооруженного конфликта и закончились 2 августа. В учениях, вызвавших негодование грузинских властей, принимал участие и 76-й полк Псковской воздушно-десантной дивизии. Примерно в то же самое время грузины проводили свои учения совместно с советниками НАТО по другую сторону границы под названием 'Immediate Response' ('Моментальный ответ').
         В деревеньке Нижний Зарамаг, где остановился после учений 135-й полк капитана Сидристого, находятся северные ворота туннеля Роки и пограничные и таможенные пункты России.
         'Со слов командира роты можно понять, что после смены места дислокации он мог наблюдать за бомбежкой Цхинвали – но для этого он должен был обязательно находиться на южной стороне Кавказских гор, то есть на территории Грузии', – делает выводы интернет-портал polit.ru.
         Другие русскоязычные интернет-порталы, комментируя интервью, указывают на то, что приведение в готовность целого полка не могло закончиться лишь приближением к границам Грузии, поскольку в таком случае задняя часть колонны так и так осталась бы на прежнем месте дислокации. Сидристый утверждает, что полк успел даже обустроиться на месте, что означает наличие горячего питания и условий ночлега для личного состава. А между туннелем Роки и Цхинвали есть лишь один участок для возможного расположения – Джава.
         Интервью раненого капитана Дениса Сидристого в 'Красной звезде' можно считать сенсационным еще и потому, что речь идет об официальном лице российского Министерства обороны.

    Интервью испарилось
         К сожалению, история находящегося в госпитале военного, которая еще на прошлой неделе была в свободном доступе на домашней странице redstar.ru, 15 сентября уже исчезла. Но в Интернете на сайте издания 'Пермские новости' по-прежнему можно ознакомиться с появившейся в середине августа информацией о том, что солдаты-срочники из Пермского края, служившие в 58-й армии, находились в Южной Осетии еще до того, как российские власти это признали.
         'Мы там были с 7 августа. Вся наша 58-я армия. Ты же смотришь по телевизору, что там сейчас происходит? Сегодня смогли прорваться из Цхинвали в сторону Владикавказа за боеприпасами', – следует из телефонного разговора одного солдата-срочника со своей матерью.
         Теперь родители солдат, отправленных на срочную службу во Владикавказ, поняли, почему 7 августа не работали мобильные телефоны их детей, пишут 'Пермские новости'. Родительский гнев вызвало нарушение данного еще во время чеченской войны обещания военного руководства России никогда не отправлять призванных со школьной скамьи мальчиков в так называемые горячие точки.
         Из сообщений 'Пермских новостей' следует, что срочники находились именно в той колонне, которая пострадала от атак грузинских войск и в которой был тяжело ранен генерал 58-й армии Анатолий Хрулев.
         'Его обязанности назначен исполнять генерал Василий Лунев, который работал в 2007 году военным комиссаром Пермского края и затем в течение полугода являлся министром обороны Южной Осетии', – пишут 'Пермские новости'.

    Игорь Таро, («Postimees», Эстония).
    © «
    ИноСМИ», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Кондолиза Райс: 'Мы надеемся, что российское руководство сделает ответственный выбор'

    Выступление Госсекретаря США в фонде Маршалла 'Германия-США'

         Кондолиза Райс: 'Мы надеемся, что российское руководство сделает ответственный выбор – ради своего народа и всего мира'
    Загружается с сайта ИноСМИ      Поблагодарив президента фонда Крэйга Кеннеди за предоставленную возможность выступить, Кондолиза Райс отметила, что фонд Маршалла является незаменимым не только для трансатлантического союза, но и для партнерства США и их союзников за пределами европейского континента.
         Она особо подчеркнула, что в современном мире Соединенные Штаты и Европа как никогда ранее нуждаются в выработке единых взглядов, единых целей и действий, и что вклад фонда в укрепление связей между Америкой и Европой является неоценимым.
         Приводим далее полный перевод речи Госсекретаря США.

         'Я прибыла сюда, чтобы выступить перед вами на тему, которая занимает в последнее время всех нас – тему России.
         Большинству из нас события последнего месяца хорошо известны. Причины конфликта – особенно разногласия между Грузией и сепаратистскими регионами Абхазии и Южной Осетии – имеют сложный характер. Своими корнями они уходят еще в период распада Советского Союза.
         Соединенные Штаты и наши союзники много раз пытались помочь сторонам найти дипломатическое решение. По сути дела, именно с этой целью я посетила Грузию за месяц до начала конфликта. Также поступил и министр иностранных дел Германии Штайнмайер и другие.
         Конфликт в Грузии имеет глубокие корни, и все стороны допускали ошибки и просчеты. Однако важнейшие его факты очевидны:
         7 августа, после неоднократных нарушений соглашения о прекращении огня в Южной Осетии, в том числе – артиллерийских обстрелов грузинских деревень, правительство Грузии начало массированную военную операцию в Цхинвали и других частях сепаратистского региона. К сожалению, в боях погибли несколько российских миротворцев.
         Эти события не могли нас не встревожить. Однако ситуация еще более обострилась после того, как руководство России нарушило суверенитет и территориальную целостность Грузии, и начало полномасштабное вторжение, перейдя международно-признанную границу. Тысячи мирных граждан были вынуждены покинуть свои дома. Российское руководство установило военную оккупацию, охватившую зону в глубине грузинской территории. Они также нарушили соглашение о прекращении огня, достигнутое при посредничестве президента Франции Николя Саркози.
         Другие действия России в период кризиса также вызвали глубокую тревогу. Это и панические заявления, обвиняющие грузинские силы в 'геноциде'. И безосновательные утверждения о действиях США в период конфликта. И попытки расчленить суверенную страну путем признания Абхазии и Южной Осетии, разговоры об 'особых интересах' в отношении независимых соседних государств, а также отказ в доступе международных наблюдателей и неправительственных организаций в Южную Осетию и Абхазию, несмотря на продолжающееся насилие со стороны ополчения, мстившего невинному грузинскому населению.
         Однако еще более тревожным является то, что эти действия России вписываются в общую тенденцию ужесточения ее политики в последние годы.
         Среди прочего, я имею в виду давление России на соседние суверенные государства, использование ею нефти и газа в качестве орудия политики, односторонний выход из Договора об обычных вооруженных силах в Европе, угроза перенацелить ядерное оружие на мирные страны, продажа оружия государствам и группировкам, которые угрожают международной безопасности, преследования, (а иногда, и хуже) российских журналистов, инакомыслящих и так далее.
         На фоне этих тенденций Россия предстает как все более авторитарное государство внутри страны, и агрессивное – за ее пределами.
         Такое поведение не могло остаться незамеченным и без ответа. Мы искали решение этих проблем в контексте наших усилий по налаживанию конструктивных отношений с Россией. Однако нападение на Грузию со всей ясностью продемонстрировало курс, которым следует российское руководство, и поставило нас и весь мир перед критическим для России моментом.
         Критическим, но не предрешенным.
         Российские лидеры приняли ряд вызывающих сожаление решений. Однако они могут поступить и по-другому. Судьба России находится в руках самой России. Стоящий перед ними выбор будет, отчасти, зависеть от действий Соединенных Штатов, наших друзей и союзников – от того, какие стимулы мы предложим, и какое давление мы окажем.
         Мы намерены строить международные порядок, основанный на свободе, верховенстве закона, правах человека и человеческом достоинстве, свободном рынке и социальной справедливости. Такой же выбор сделало большинство государств мира. И мы убеждены в его правильности.
         В последнее время много говорилось о том, как мы оказались в нынешнем положении. Кое-кто попытался переложить ответственность за последние действия России на других. Однако вину за это нельзя переложить на плечи ее соседей, в том числе Грузии.
         Надо признать, грузинское руководство могло лучше отреагировать на события прошлого месяца в Южной Осетии и отрицать этого не следует. Мы предупреждали наших грузинских друзей, что Россия заманивает их в ловушку, и что, поддавшись на это, они лишь сыграют на руку Москве.
         Тем не менее, Россия использовала это как предлог для развязывания, по всем признакам, заранее спланированного вторжения на территорию независимого соседнего государства. Российское руководство подготовило почву для такого развитию событий за многие месяцы до этого – путем раздачи российских паспортов грузинским сепаратистам, обучения и вооружения их ополчения – а затем, воспользовалось этим, для оправдания кампании на территории Грузии как акта самозащиты.
         Нельзя также возлагать вину за поведение России на расширение НАТО. После окончания 'холодной войны', мы и наши союзники работали над тем, чтобы трансформировать альянс – превратить его из бастиона, защищающего разделенную Европу, в инструмент, способствующий становлению континента как единого целого, свободного и мирного; а также в средство противодействия таким опасностям, как терроризм, который угрожает и России.
         Мы сделали НАТО открытым для любого суверенного, демократического государства Европы, которое отвечает стандартам членства. Мы поддержали право всех стран, освободившихся от коммунизма, самостоятельно избирать путь своего развития, и те организации, в которые они хотели бы вступить.
         И эти исторические усилия принесли успех. Сегодня почти половина наших союзников по НАТО – это бывшие порабощенные нации. А обещание будущего членства стало для этих государств позитивным стимулом для создания демократических институтов, реформирования экономики, урегулирования старых споров. Именно так поступили Польша и Венгрия, Румыния и Словакия, Литва и другие государства.
         Не менее важно и то, что НАТО последовательно стремилось привлечь Россию в качестве партнера, чтобы вместе строить мирную и процветающую Европу. Россия принимала участие практически во всех саммитах НАТО, начиная с 2002 года. Поэтому заявлять, что этот альянс направлен против России – значит просто игнорировать историю. На самом деле, наш подход всегда был и остается следующим: законным интересам безопасности России лучше всего отвечают не слабые, расколотые и бедные страны на ее границах, а мирные, процветающие и демократические государства.
         Также совершенно неверно возлагать вину за поведение России на Соединенные Штаты – будь-то тезис о том, что мы были излишне жесткими, или наоборот – недостаточно жесткими, что мы де либо не учитывали ее интересы, либо были слишком наивными в оценке ее лидеров.
         За период со времени окончания 'холодной войны', охвативший три администрации, Соединенные Штаты всегда стремились способствовать возрождению России как сильного, процветающего и ответственного государства. Мы относились к ней не как к повергнутому врагу, а как к новому партнеру. Мы поддерживали – политически и экономически – трансформацию России в государство с современной рыночной экономикой и свободным, мирным обществом.
         И мы уважали Россию как великую державу, с которой следует сотрудничать для решения общих глобальных проблем.
         Когда наши интересы расходились, США консультировались с лидерами России. Мы пытались найти точки соприкосновения. Мы стремились, насколько это было возможно, учитывать Российские интересы и идеи. Так мы всегда подходили к решению сложных вопросов – будь-то Иран, Косово, или противоракетная оборона. Я неоднократно ездила в Россию, в последние два раза – с министром обороны Робертом Гейтсом, с целью развития сотрудничества.
         Все чаще лидеры России не отвечали нам тем же в полной мере. А их недавние действия заставляют некоторых задаться вопросом, не вовлечены ли мы в новый виток 'холодной войны'? Нет, не вовлечены. Но вопрос остается открытым: что произошло с Россией? Как Россия 90-х годов превратилась в Россию сегодняшнего дня?
         90-е годы были многообещающим периодом реальной надежды в России. Тоталитарное государство больше не существовало. Для большинства россиян гражданские свободы значительно расширились – они могли читать, они могли говорить, они могли продавать и покупать, они могли создавать союзы и ассоциации. Появились новые лидеры, которые стремились направить Россию по пути политических и экономических реформ, по пути интеграции в мировую экономику и укрепления ответственного статуса в международном сообществе.
         Все это так. Но многие граждане России вспоминают это время по-другому. Они вспоминают прошедшее десятилетие как время беззакония, экономической нестабильности и социального хаоса. Это было время, когда бандиты, гангстеры и грабители обворовывали государство и жили за счет самых уязвимых и слабых его граждан. Это было время, когда многие россияне – и не только представители элиты и бывшей номенклатуры, но и простые люди – испытывали чувство унижения и потерянности, что мы на Западе не смогли в полной мере понять.
         Я помню ту России, потому что я видела ее своими глазами.
         Я помню пожилых женщин, продающих свои вещи на улице Арбат – тарелки, разбитые чайные чашки, буквально все, чтобы свести концы с концами.
         Я помню российских солдат, которые возвращались домой из стран Восточной Европы и были вынуждены жить в палатках, потому что российское государство было слишком слабым и нищим, чтобы обеспечить их жильем.
         Я помню беседы с моими русскими друзьями – терпимыми, открытыми, прогрессивно мыслящими людьми, которые в тот период испытывали чувство острого стыда. Не потому, что они потеряли Советский Союз, но оттого, что они больше не узнавали свою страну: Большой театр разваливался, пенсионеры не могли платить по счетам, олимпийская команда России представляла свою страну на Играх в 1992 году под флагом, который никто раньше не видел, а спортсмены получали золотые медали под звуки гимна, который никто раньше не слышал. Люди испытывали унижение оттого, что ничто русское больше никого не устраивало.
         Все это не оправдывает нынешнего поведения России, но помогает понять его контекст. Это помогает объяснить, почему многие россияне почувствовали облегчение и гордость, когда в конце прошлого десятилетия на авансцену вышли новые лидеры, которые стремились возродить Российское государство и укрепить его влияние в мире. Неудивительно, что власть – пусть и не совершенная, считалась лучше, чем ее полное отсутствие.
         Однако вскоре стало ясно, что легитимная цель восстановления России омрачена ограничением личных свобод, беззаконием и произволом властей, повсеместной коррупцией и параноидальными агрессивными импульсами. Как уже бывало в российской истории, это проявляется в том, что нарождение демократии в соседних странах, в частности, цветные революции в Грузии, Украине и Кыргызстане, рассматриваются не как источник дополнительной безопасности, но как угроза российским интересам.
         Тем не менее, каким бы курсом сейчас не двигалась страна, нынешняя Россия – это не Советский Союз – ни по размерам ее территории, ни по ее мощи, ни по ее задачам, ни по сути существующего режима. Лидеры России сегодня не претендуют на универсальность своей идеологии, не предлагают альтернативу демократическому капитализму и не способны создать параллельную систему стран-спутников и организаций-соперников. Основ Советской системы больше не существует.
         Несмотря на авторитарность лидеров России, граждане страны сегодня имеют более высокий уровень жизни, больше возможностей и, в каком-то смысле, больше свобод, чем в царской или советской России. Россияне все больше хотят получать преимущества глобальной интеграции – рабочие места, новые технологии, зарубежные поездки, предметы роскоши и ипотечный кредит.
         При таком росте благосостояния и открывающихся возможностях, мне трудно себе представить, чтобы большинство граждан России хотели бы вернуться в прошлое, в советские времена, когда их страна с гордостью находилась в изоляции от западных рынков и сообществ.
         И это еще более углубляет трагедийность тех решений, которые принимают лидеры России. Речь идет не только о тех страданиях, которые они причиняют другим, но и о той непомерной цене, которую приходится платить самой России. Дело еще и в том, что они подрывают международное доверие, которое с таким трудом завоевывали российские бизнесы, и в том, что они подвергают риску уже достигнутый и будущий прогресс граждан России, которые столь многого добились со времен падения коммунизма.
         И ради чего? Нападение России на Грузию доказало только то, что уже было известно: Россия может использовать свой огромный военный потенциал, чтобы наказать маленькую соседнюю страну. Но Грузия выжила. Ее демократия выстоит. Ее экономика будет восстановлена. Ее независимость будет обеспечена. Ее вооруженные силы со временем возродятся. И мы с нетерпением ожидаем того дня, когда территориальная целостность Грузии будет восстановлена мирным путем.
         Своим вторжением в Грузию Россия не добилась – и не добьется – никаких стратегических целей. Лидеры России не смогут реализовать свою основную военную задачу – свержение правительства Грузии. Наша стратегическая цель сейчас состоит в том, чтобы дать ясно понять российским лидерам, что их решения ведут Россию по пути к международной изоляции и к произвольной утрате ее статуса на мировой арене.
         Чтобы добиться нашей цели, понадобится решимость и единство ответственных стран – таких, как США и наши европейские союзники. Мы не можем дать основания некоторым российским лидерам укрепиться в убеждении, которое по всем видимости у них сложилось, что если оказывать сильное давление на свободные народы – запугивать их, угрожать им, нападать на них – то мы смиримся, забудем и, в конце концов, согласимся на это.
         США и страны Европы должны выступить против подобного поведения, и всех, кто его поддерживает. Ради нас, и ради российского народа, который заслуживает лучших отношений с остальным миром, США и страны Европы не должны позволить российской агрессии добиться каких бы то ни было целей. Ни в Грузии, ни в любом другом месте.
         Таким образом, мы и наши европейские союзники едины в поддержке Грузии. При этом особенно следует подчеркнуть ведущую роль президента Саркози. НАТО имеет единое мнение. Только на этой неделе Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер возглавил поездку послов всех 26 стран-членов Альянса в Тбилиси, чтобы продемонстрировать безусловную поддержку наших грузинских друзей. Дверь в Северо-Атлантический Альянс для Грузии остается широко открытой, и мы продолжим работу в новой Комиссии НАТО– Грузия, чтобы претворить это в реальность.
         Мы и наши европейские союзники останемся во главе международных усилий по оказанию помощи в восстановлении Грузии – усилий, которые уже привели к замечательным результатам. США выделили Грузии пакет экономической помощи в размере одного миллиарда долларов. Евросоюз обещал выделить 500 миллионов евро. Он также готовится отправить в Грузию большую группу гражданских наблюдателей.
         В дополнение и при поддержке США и стран Европы, министры иностранных дел стран большой семерки осудили действия России и обещали поддержать восстановление Грузии. Азиатский банк развития обещал предоставить Грузии заем в размере 40 миллионов долларов. Международный валютный фонд одобрил резервный кредит на сумму 750 миллионов долларов. А ОБСЕ планирует направить в Грузию большую группу своих наблюдателей, хотя Москва все еще блокирует этот план.
         С другой стороны, действия России получили минимальную поддержку. Одобрение Даниеля Ортеги и «ХАМАС» вряд ли может считаться дипломатическим триумфом.
         В то же время, США и страны Европы продолжают однозначно поддерживать независимость и территориальную целостность соседних с Россией государств.
         Соединенные Штаты и Европа укрепляют связи с соседями России. Мы действуем единым широким фронтом, к которому принадлежат, в частности, наши друзья в Швеции и Финляндии, сыгравшие неоценимую роль во время недавнего кризиса. Мы поддерживаем все важные инициативы – в том числе и так называемую Северную инициативу, с которой выступила Норвегия. Мы работаем над разрешением региональных конфликтов – включая конфликт вокруг Нагорного Карабаха. И мы не позволим России наложить вето на будущее евро-атлантического сообщества, идет ли речь о том, какие государства мы принимаем в наш альянс, или о том, кто пожелал к нам присоединиться. Мы ясно сказали об этом нашим украинским друзьям.
         Во имя достижения энергетической независимости, Соединенные Штаты и Европа углубляют сотрудничество с Азербайджаном, Грузией, Турцией, странами Каспийского бассейна. Мы расширим открытую глобальную энергетику и защитим ее от любых посягательств. Недопустима ситуация, когда Россия действует по одним правилам, а остальные – по другим.
         США и Европа – а также наши многочисленные союзники во всем мире – не допустят, чтобы Россия, с одной стороны, использовала мировые рынки и международные институты, а с другой, беззастенчиво попирала нормы международного права. Нельзя сидеть на двух стульях. В двадцать первом столетии недопустимо использовать методы девятнадцатого.
         Для полноценного развития России необходима интеграция в систему мировых экономических и политических отношений. Однако сегодня Россия интегрирована в нее лишь наполовину. Если Россия не хочет ограничиться ролью поставщика энергии, то ей следует усвоить суровую истину: она зависит от мирового сообщества и от этой зависимости ей не уйти.
         Уже сегодня российские лидеры видят, к каким последствиям может привести их агрессивная политика. Положение России в мире – и в этом состоит существенное различие между Россией и Грузией – сегодня хуже, чем когда-либо, начиная с 1991 года. За свою добровольную изоляцию России придется дорого заплатить.
         Американо-российское сотрудничество в области гражданской энергетики прекращено. Российские лидеры нанесли болезненный удар по экономике своей страны. Вступление России в ВТО поставлено под вопрос. То же самое можно сказать о перспективах вступления России в Организацию экономического сотрудничества и развития.
         Однако, быть может, худшее из последствий того, что происходит на наших глазах, – это неизбежно возникающий вопрос: кто же в действительности управляет Россией? Ведь совсем недавно новый президент России говорил о будущем своей страны в совершенно ином – позитивном – ключе.
         Он указывал на проблемы, с которыми сталкивается Россия: демографический кризис, тяжелое положение в области здравоохранения, трудности на пути создания высокотехнологичной экономики. Президент упомянул и о разрыве в уровне жизни между Москвой, Санкт-Петербургом и еще несколькими крупными городами, с одной стороны, и русской деревней, с другой.
         Президент призвал к укреплению власти закона, к искоренению коррупции, к капиталовложениям в проекты, направленные на повышение благосостояния народа, к созданию возможностей для процветания не только элиты, но всего населения России.
         Это то, что Дмитрий Медведев назвал четырьмя 'и', призванными привести к росту российской экономики: инвестиции, инновации, институциональные реформы и улучшение инфраструктуры.
         При таком понимании своих задач Россия просто не может позволить себе проводить внешнюю политику, основанную на антагонизме и отчуждении.
         Это особенно верно сегодня, когда 'полярность' – безотносительно к тому, какое число 'полюсов' мы находим в мире, – перестает быть организующим принципом международных отношений. В сегодняшнем мире стоит иная задача – создание системы прочных связей между многими государствами, каждое из которых оказывает влияние на мировые события.
         Сегодняшний контекст мира сильно отличается от того, который доминировал почти весь прошлый век, когда внешняя политика США была заложницей наших отношений с Россией. Мы смотрели через эту призму на все, включая отношения с другими странами. Мы были замкнуты в игре с нулевой суммой, коим являлся идеологический конфликт с Советским Союзом. Каждому государству приходилось выбирать, на чьей оно стороне, что радикально сокращало возможности наших действий.
         По счастью, этот мир канул в лету и больше не вернется. Таким образом, перед Соединенными Штатами открылось поле для более разносторонней внешней политики. И мы ее проводим.
         Мы занимаемся перспективами связей с такими многонациональными демократическими государствами, как Бразилия и Индия, а также с новыми экономическими партнерами, такими как Китай и Вьетнам, отношения с которыми были окрашены соперничеством в годы 'холодной войны'.
         Мы меняем характер связей с нашими союзниками в Азии – Японией и Южной Кореей, Австралией и Филиппинами, переходя от платформы совместной обороны к обеспечению региональной безопасности, расширению торговли и поощрению свободы в динамичном Азиатско-Тихоокеанском регионе.
         Мы перестраиваем отношения со странами вроде Ливии, чье руководство предпринимает ответственные шаги навстречу мировому сообществу.
         Мы углубляем партнерства, основанные на общих принципах, со многими странами Африки, поддерживая новую устремленность континента к успеху в XXI веке на путях справедливого государственного правления, подготовки специалистов, борьбы с болезнями и коррупцией и стимулирования развития в рамках экономической свободы.
         Мы оставляем позади 60 лет политики в регионе Ближнего Востока, где императивы 'холодной войны' вынуждали череду американских администраций поддерживать стабильность в ущерб свободе, не достигая в результате ни того, ни другого.
         Наконец, мы связываем большие надежды на будущее с союзом с нашими друзьями в Латинской Америке, с которыми в эпоху 'холодной войны' нас разделяли разногласия, подчас значительные. Сейчас мы разделяем общие взгляды на демократическое развитие, личную безопасность и социальную справедливость в регионе.
         Анахронизм демонстрации Россией своей военной мощи не способен повернуть вспять колесо истории. Россия вольна определять характер своих отношений с суверенными государствами. А те вольны определять свои отношения с Россией – что относится и к странам Западного полушария.
         Мы убеждены, что наши связи с соседями, желающими улучшить свои системы здравоохранения и образования, увеличить трудовую занятость и качество жилья, – эти связи нисколько не пострадают в результате визита эскадрильи устаревших бомбардировщиков в одну из немногих автократий Латинской Америки. Местные авторитарные режимы вытесняют себя на обочину дороги к миру и процветанию, по которой движутся демократические государства этого полушария.
         Сегодняшний мир изобилует не только историческими возможностями для прогресса, но и трудностями в его достижении – от терроризма и распространения оружия массового поражения, до изменения климата и роста цен на сырье. Соединенные Штаты заинтересованы в создании партнерств для преодоления этих трудностей. В этом заинтересована и Россия.
         Соединенные Штаты и Россия объединяет общий интерес в борьбе с терроризмом и насильственным экстремизмом. Нас объединяет с Россией общий интерес в превращении Корейского полуострова в зону, свободную от ядерного оружия и недопущении правителей Ирана к обладанию самым разрушительным оружием. Мы разделяем с Россией общий интерес в создании безопасного Ближнего Востока, где будет царить мир между израильтянами и палестинцами. И мы, и Россия не заинтересованы в том, чтобы в Совете безопасности ООН вновь воцарилось тупиковое положение, которое не давало ему работать в годы 'холодной войны'.
         Все это – и многое другое – Соединенные Штаты и Россия разделяли 7 августа. И продолжаем разделять сегодня, 18 сентября. Сочинская декларация, подписанная президентом Бушем и тогдашним президентом Путиным в начале текущего года, создает стратегический фундамент для развития Соединенными Штатами и Россией наших многочисленных общих интересов.
         Мы также вынуждены делиться с Россией соображениями о наших общих тревогах. Но было бы постыдным сводить наши отношения только к этому, поскольку наилучшие отношения существуют между государствами, разделяющими не только интересы, но и цели, стремления и – да – моральные ценности.
         Каковы бы ни были расхождения между нашими правительствами, мы не допустим, чтобы они перекрыли пути общения между нашими народами.
         Поэтому мы будет по-прежнему спонсировать приезд в Америку российских студентов и преподавателей, судей и журналистов, профсоюзных деятелей и демократических реформаторов. Мы будем продолжать помощь России в борьбе с ВИЧ/СПИДом и туберкулезом. И мы по-прежнему будем поддерживать тех россиян, кто стремится построить в своей великой стране свободное будущее
         Я искренне надеюсь, что будущий президент и следующий госсекретарь США посетят Россию, найдут время для бесед с представителями российского гражданского общества и дадут интервью независимым СМИ, которых в России остается все меньше, но которые упорно продолжают свое дело.
         Соединенные Штаты и наши друзья и союзники – не только в Европе, но и в Южной Америке, в Азии, Африке и на Ближнем Востоке – не сомневаются в правильности нашего видения мира в начале нового века, в котором статус великой державы определяется не сферами влияния, не соперничеством с нулевой суммой и не навязыванием своей воли более слабым, а открытой конкуренцией на глобальных рынках в торговле и развитии, национальной независимостью, уважением прав человека, верховенством закона и защитой свободы.
         Подобное видение мира не безоблачно; оно наталкивается на проблемы и даже значительные кризисы, свидетелями чему мы стали в последние дни. Но наш открытый взаимозависимый мир как никакой другой в истории предоставляет людям неслыханные возможности для жизни в мире, процветании и достоинстве.
         Сумеют ли российские лидеры избавиться от ностальгии по прежним временам и принять источники и проявления власти XXI века, покажет будущее. Решать должна Россия, и только она сама. Мы надеемся, что российское руководство сделает ответственный выбор – ради своего народа и всего мира'.

    («Voice of America News», США).
    © «
    ИноСМИ», 19.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    «Нас выталкивают за железный занавес»

    Дмитрий Медведев разъяснил общественности текущий момент

         Президент Дмитрий Медведев собрал вчера в Кремле представителей общественных организаций, чтобы довести до них пять главных задач, которые стоят перед Россией после событий на Кавказе. Воспользовавшись случаем, он обрушился с гневной критикой в адрес Запада. Репортаж СЮЗАННЫ Ъ-ФАРИЗОВОЙ.
         На встречу к президенту в Георгиевский зал Кремля приехали более ста представителей общественных объединений: члены Общественной палаты РФ, лидеры молодежных и религиозных объединений, правозащитники и члены региональных общественных палат. Это была первая встреча Дмитрия Медведева с представителями общественности в таком масштабном формате: предыдущие встречи глава государства проводил с членами Общественной палаты РФ.
         Среди приглашенных оказались и деятели культуры: пианист Денис Мацуев, кинорежиссер Никита Михалков, директор «Эрмитажа» Михаил Пиотровский, художественный руководитель МХТ им. А. П. Чехова Олег Табаков, скульптор Зураб Церетели. Последнего, впрочем, происходящее интересовало несильно. Взяв лист бумаги и карандаш, господин Церетели на протяжении встречи делал наброски, так никому, впрочем, их не вручив.
         Собравшимся президент сообщил, что встреча в расширенном составе связана с последними событиями на Кавказе и как следствие – c отношением к ним в обществе. Гражданское общество, по словам президента, своей реакцией на конфликт России и Грузии вокруг Южной Осетии показало себя демократичным, ответственным и зрелым.
         Однако, как оказалось, господин Медведев собрал гостей не для того, чтобы рассуждать о ситуации в обществе. Как пояснил президент, после событий 8 августа перед Россией будет стоять пять первоочередных задач: расширение предпринимательской, творческой и личной свободы; инновационное развитие экономики; реализация концепции развития России на период до 2020 года; укрепление национальной безопасности, модернизация армии и повышение обороноспособности страны; продолжение диалога со всеми международными партнерами.
         – Все задачи, касающиеся развития экономики, будут решаться в безотлагательном порядке, без ссылок на то, что страна находится в особом положении – «вокруг враги». В ближайшие годы вся государственная система будет нацелена на поиск новаторов, на выработку и развитие наиболее интересных идей. Мы должны будем расширять стимулы для появления самых передовых моделей как в экономике, так и в социальной сфере,– заявил президент.
         Глава государства пояснил, что несмотря на изменившуюся ситуацию в мире Россия готова продолжить диалог со всеми партнерами в рамках международного права. Однако говоря об отношениях с грузинским народом, президент призвал разделять граждан Грузии и «преступный режим» в этой стране:
         – Для нас существует аксиома: не грузинский народ, конечно, виноват в агрессии и геноциде, а тот преступный и безответственный режим, который развязал эту войну. Эту грань мы должны проводить не только в межгосударственных отношениях, но и на человеческом уровне.
         Общественные деятели с президентом во всем согласились. Ректор МГИМО Анатолий Торкунов заявил, что события на Кавказе – это повод начать становление правовых отношений с Грузией. При этом ректор объяснил президенту реакцию Запада на события на Кавказе:
         – Россия уже не та, какой была 15 лет назад – страной с демократией в становлении. Сейчас Россия демонстрирует стабильность и мощь. И такая Россия, конечно, вызов для Запада. Нужно помочь другим странам принять Россию такой.
         Председатель комиссии Общественной палаты по образованию и науке Михаил Ковальчук знал, как это сделать. По его словам, основной задачей России на ближайшее время должны стать «бросок, рывок и прорыв»:
         – Наша страна всегда была страной интеллекта. Достаточно вспомнить наши атомные и космические проекты! Понимая, что ХХI век – это век нанотехнологий, биотехнологий, информационных технологий, мы должны вернуться к формированию рынков высокотехнологичной продукции.
         Глава муниципального образования Щекинского района Наталья Пилюс заявила, что прежде всего остального в России необходимо создать «мощное самоуправление», только в этом случае «страна будет сильной».
         Выслушав мнение общественности, Дмитрий Медведев собрался подвести итог беседы. Однако вместо заключительных слов произнес довольно гневную речь. Заявив, что «нынешняя система безопасности взломана и показала свою абсолютную несостоятельность», президент призвал не действовать в этой ситуации «без правил», а «постараться создать новую, современную базу для международного сотрудничества». Возможность сделать это, по его словам, представится после того, как западные партнеры перестанут трактовать действия России «в удобном для них ключе».
         – Все время идут разговоры о том, что ну вот, наконец-то они (Россия.– «Ъ») продемонстрируют свое истинное лицо. Режим сбросит маски и наконец в России восторжествует тот строй, который является наиболее характерным для российского государства – авторитарный, перерастающий в диктатуру. «Ястребы» победили, и больше доказывать нечего. Мы понимаем, к чему все это говорится. Нас, по сути, выталкивают на такой путь развития. Путь, который основан не на полноценном, нормальном, цивилизованном сотрудничестве с другими странами, а на автономном развитии за глухими стенами, за железным занавесом. Еще раз хотел бы подчеркнуть: это не наша дорога, нам нет смысла возвращаться в прошлое.
         Призвав в заключение международное сообщество «не умничать», президент переключился на тему американского вмешательства в деятельность работников российской бюджетной сферы:
         – Открываю сегодня с утра любимый интернет, смотрю: наши американские приятели говорят, что мы будем и впредь оказывать поддержку в Российской Федерации учителям, врачам, ученым, профсоюзным лидерам, судьям. Последнее для меня вообще просто было чем-то выдающимся. Это что имеется в виду? Они собираются наших судей взять на кормление, что ли? Коррупцию будут поддерживать? А если речь идет о совместных программах, то они обычно реализуются с теми странами, с которыми существует близость восприятия основных мировых процессов. А то, если дальше так пойдет, они нам скоро президентов уже будут подбирать!
         Последний пассаж представители общественности немедленно поддержали, поспешив заверить президента в том, что все будут держать под контролем.

    © «КоммерсантЪ», 20.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    Ходорковский: Если Россия не права, Европа должна об этом говорить во весь голос

    Это не означает, что Россия не права по определению

         Figaro первой из французских СМИ смогла взять интервью у российского магната, отбывающего тюремный срок в Сибири. Мы получили от его адвокатов письменные ответы на наши вопросы. Нефтяной магнат Михаил Ходорковский, сделавший состояние в бурных и опасных водах бизнеса 1990-х годов, уже отбыл пять из девяти лет лишения свободы, к которым его приговорили за масштабные налоговые преступления на крайне политизированном судебном процессе.

         – После избрания Дмитрия Медведева многие надеялись, что в России начнется 'оттепель'. Вы, сидя в тюрьме, тоже на это рассчитывали? Изменит ли что-либо грузинский кризис?
         – Незадолго до моего ареста в 2003 году в ходе публичных выступлений я говорил, что без демократии эффективной экономики быть не может. Многие люди, есть такие и среди нынешнего российского руководства, это понимают и стремятся к созданию демократических институтов, со свободными выборами, независимыми СМИ, оппозицией. Другие – боятся перемен. Они цепляются за 'стабильность' в стиле брежневских времен, которая неизбежно приведет к утрате конкурентоспособности Россией, а затем к 'новой перестройке'. Нынешняя альтернатива – экономический рост или контроль инфляции – объясняется исключительно низким качеством демократических институтов и ущемлением предпринимателей коррумпированной бюрократией. Однако надежда меня не оставляет: Медведев совершенно ясно заявил, что независимость правосудия является критически важным вопросом. Выявилось то, что все боялись признать, а именно, практика давления, в том числе со стороны президентской администрации, на ход судебных расследований. Главное – не бояться. И продолжать чистить авгиевы конюшни.

         – На Ваше ходатайство о досрочном освобождении в августе ответили отказом. Это не внушает оптимизма . . .
         – Мои друзья и мои враги понимают, какое огромное символическое значение мой случай имеет для страны, а так же для тех, кто попал в тиски российского правосудия. Сегодня совершенно очевидно, что ни один чиновник не возьмет на себя риск принимать решение на мой счет. Если решение появится – это будет решение власти, посланием для всего общества. Вопрос очень простой: имеем ли мы право мстить своим политическим противникам, лишая их имущества и отправляя за решетку, при помощи самовольного толкования закона? Если ответ положительный – наша страна останется во власти доисторического закона – прав тот, кто сильнее. В противном случае нужно положить конец этому делу.

         – Ослабли ли позиции клана Сечина, который, как Вы считаете, был главным организатором Вашего падения?
         – Те, кто меня преследуют, будут продолжать оказывать давление на власть. Мне будут угрожать, и, возможно, не только угрожать. Их методы известны, и они одержимы неуклонным желанием оставить меня в тюрьме навсегда. Не думайте, что после смены президента позиции моих преследователей действительно ослабли. Под их контролем остаются огромные экономические и административные ресурсы. Однако сразу после прихода Медведева к власти я увидел признаки перемен. Раньше за подобное интервью, меня бы посадили в карцер. Но с мая по август подобных жестких мер ко мне не применяли. И все же отказ на мое ходатайство о досрочном освобождении говорит о том, что до коренных перемен еще далеко. За два дня до судебного заседания администрация колонии предъявила ко мне абсурдную претензию – обвинила меня в том, что я не сообщил директору тюрьмы число заключенных в моей камере. Мое ходатайство об освобождении было отклонено под тем предлогом, что я не освоил мастерство швеи-мотористки! Это ли не пощечина правосудию? Следствие по второму судебному процессу продолжается. Сейчас меня обвиняют в хищении всей (!) нефти, добытой ЮКОСом за десять лет. Следователи прекрасно понимают, что они – только инструменты. Они стремятся предугадать желания своего начальства.

         – Ангела Меркель упоминала Ваш случай в разговоре с Медведевым. Чего Вы ждете от Европы?
         – Для Европы и России наихудший вариант строительства отношений – это попытки одной доминировать над другой. Очевидно, что это приведет к неслыханной конфронтации. Однако строго прагматичный подход тоже мало продуктивен. Невозможно жить на одном континенте, все больше зависеть друг от друга и при этом не разделять одни ценности. Единственным реалистичным путем является взаимная интеграция элит при соблюдении основополагающих правил, закрепленных в наших национальных конституциях и европейских договорах. Я имею в виду 'третью корзину' Заключительного акта, где говорилось о правах человека. Европа успешно встала на этот путь в середине прошлого века. Россия не несет в себе ген авторитаризма. Да, это большая страна, которая требует особого внимания, без которого невозможно поддерживать равновесие между центробежными тенденциями и чрезмерной централизацией. Однако Россия – европейская страна по своему духу и культурным традициям, с образованным населением, способным усваивать новый опыт. Поверьте мне, теперь я знаю свою страну со всех сторон. И даже в этом знаменитом синдроме возрождающейся нации, который сильно чувствуется в современной России, для Европы нет ничего нового. Россия сейчас превращается из империи в классическое национальное государство, этот путь Франция уже прошла. Нам предстоит трудный и ухабистый путь, но если все пройдет хорошо, мы станем союзниками Европы, а не враждебной континентальной альтернативой. Европа и Россия должны быть вместе не из-за нефти или газа, а в силу общих основополагающих ценностей, должны входить в общую систему безопасности.

         – Ваши заявления имели больше веса до вторжения в Грузию. . .
         – Сейчас принято говорить, что 'пятидневная война' на Кавказе и признание Россией Абхазии и Южной Осетии нанесут сильный удар по российско-европейским отношениям и перспективам либерализации России. Я в этом не уверен. Между Западом и Россией не может быть 'железного занавеса' – у российской элиты нет ни желания, ни идеологии, которые позволили бы этому произойти. Этот кризис, напротив, мог бы подтолкнуть Кремль сделать шаг по пути нормализации отношений с Западом. Если только этот шаг не будет означать сдачу геополитических позиций России. Кроме того события в Южной Осетии продемонстрировали, что страны-основательницы ЕС, такие как Франция, например, проявляют гибкий подход к проблемам России и ее бывшей империи. Роль, которую сыграл президент Саркози в мирном урегулировании кризиса, не случайна.

         – Запад проявляет достаточную твердость в отношении перегибов России?
         – Когда Россия не права, Европа должна говорить об этом во весь голос и не бояться за свое снабжение газом и нефтью. Россия не меньше заинтересована в стабильных потребителях, чем Европа – в стабильных производителях. Это не означает, что Россия не права по определению. Однако слушать лже-патриотические выкрики некоторых моих соотечественников порою бывает просто невозможно.

    Лор Мадевиль (Laure Mandeville), («Le Figaro», Франция).
    © «
    ИноСМИ», 21.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    М. Саакашвили: 'Россия настолько уязвима!'

    Русские все спланировали заранее

         – Российские войска все еще находятся на грузинской территории. Как Вы считаете, может быть, причиной тому разница в трактовке плана из шести пунктов, инициированного Саркози 12 августа?
         – Можно говорить о наличии существенных разногласий. Первый этап предполагал возвращение к статус-кво, существовавшему до 7 августа. Россия контролировала только треть осетинской территории. Еще одна треть – была нейтральной территорией, последняя треть находилась под управлением грузинского правительства. Русские никогда не контролировали ни город Акхалгори (Южная Осетия), ни Кодорское ущелье ('пограничная' зона в Абхазии). Мы не собираемся легализировать проведенную ими этническую чистку. Статус-кво также предполагал, что они оставят в Южной Осетии только 500 солдат. Теперь же русские объявили, что в обоих регионах будут размещено в десять раз больше военных! Это уже не статус-кво, а полная аннексия и военная оккупация, очевидное и однозначное нарушение духа и буквы плана из шести пунктов.

         – Как Вы оцениваете результаты французского посредничества?
         – Безусловно, мы бы хотели, чтобы детали в плане были более точно прописаны. Однако Саркози составил пояснительное письмо. Он выразил свою позицию и не отступил от нее ни на шаг. Было ли это соглашение идеальным? Естественно, нет. Но русские были рядом с Тбилиси. Они продолжали массированные воздушные удары и истребление людей и после подписания соглашения. Они с самого начала не собирались следовать условиям договора.
         Когда представители Франции привезли в Тбилиси первый вариант плана, мы не приняли русское предложение о самоопределении этих территорий. Тогда президент Саркози позвонил Медведеву, который снял это предложение. Я не чувствовал, чтобы французская сторона оказывала на нас сильное давление. У Саркози были очень трудные переговоры в Москве, в ходе двух его визитов. У него был горячий обмен мнениями с Путиным в ходе первого визита. Во время второго Саркози чуть не покинул переговоры. Москва требовала у французов, а также у американцев смены власти в Тбилиси. Они хотели избавиться от меня.

         – Молчание США в первые дни конфликта Вас разочаровало?
         Русские все спланировали заранее. Они знали, что Буш будет в Пекине. Они также понимали, что выгоднее начать атаку в Южной Осетии, а не в Абхазии, где этого скорее ожидали. В Абхазии русским не удалось бы скрыть свою лобовую атаку. Зато Южная Осетия представляла собой более спорный вопрос, ситуация там была неясной. Путин долго обдумывал все это. Первый раз он пообещал мне организовать сценарий наподобие Северного Кипра в 2006 году. Он сказал об этом и западным руководителям. Этот сценарий был не только юридическим построением, но и военным. Затем к этому добавилось Косово.
         С осени стало очевидным, что русские укрепляют свои военные позиции. Он построили военные базы в городе Джава (Южная Осетия) и в Абхзазии, однако оружие они там не размещали. Россия отправила десантников в Абхазию на строительство железной дороги. Это была проверка. Россия хотела посмотреть, какой будет реакция Запада. Ее не последовало. Запад сделал стратегические расчеты и посчитал, что ничего серьезного не произойдет, а русские тем временем готовились из всех сил. Путин смог проанализировать каждую деталь: в какой день нанести удар, какими будут первые реакции, какую историю лучше придумать. А я надрывал голос, пытаясь предупредить своих западных союзников. Мне отвечали, что я импульсивен и преувеличиваю. Это клише работало мне во вред и подрывало мою уверенность в себе. Если тебе что-то повторяют раз 200, ты сам начинаешь в это верить.

         – Почему НАТО – единственный возможный гарант грузинской безопасности?
         – НАТО решает наши проблемы не только в том, что касается безопасности. В историческом инстинкте нашей страны заложено стремление быть частью большого целого, таким образом мы можем обеспечить свое процветание. Именно поэтому грузины сегодня после многочисленных реакций в их пользу воспрянули духом. Для них это стало откровением. В факте нападения крупной империи на Грузию нет ничего нового. Но на этот раз нас поддержала НАТО, например! Сейчас и речи быть не может об оказании нам военной поддержки НАТО. (. . .). Но альянс принесет в регион большую стабильность и предсказуемость. Нам необходима эта долгосрочная уверенность в завтрашнем дне. ПДЧ станет для нас признаком признания, сертификатом, подтверждающим, что мы являемся европейской страной.

         – Надеетесь ли Вы, что Германия и Франция изменят свою точку зрения по этому вопросу?
         – Это сложный вопрос. Я считаю, что ключом всегда была Германия, а не Франция. Этот вопрос является частью широкого обсуждения, которое ведется внутри Германии. Меня обнадеживают здравые суждения канцлера Меркель по многим вопросам. Более того, многие официальные лица Германии стали сторонниками предоставления ПДЧ Грузии и Украине, о чем речи не было еще несколько месяцев назад. Посмотрим, как поведет себя Франция, если Германия изменит свою позицию.

         – 25% бюджета страны идет на военные нужды. Вы планируете увеличивать эту долю?
         – У нас нет денег на увеличение военного бюджета. Мы должны бросить все силы на восстановление экономики и инфраструктуры. Несомненно, в средней или долгосрочной перспективе мы получим международную помощь, которая позволит нам восстановить нашу армию. Но в данный момент мы ни от кого не получаем вооружения, и не имеем подобных намерений. Может ли Грузия решить все свои проблемы в одиночку? Конечно же, нет. В этой войне нам пришлось сделать выбор. Продолжать сражаться с русскими значило превратить страну в новую Чечню. Нужно было отпускать бороды и подаваться в горы. Не самый лучший выход! Мы предпочли сохранить свой суверенитет, современность, стать европейской страной. Россия так уязвима! Русские ведут себя как жители 18 или 19 века. Различие только одно – в прошлом не было ни биржи, ни прямого телевещания. Но привычки, выражения, страсть к спиртному у них остались без изменений. В прошлом никто не снимал на пленку их грабежи, зато сегодня на снимках видно, как они грузят унитазы на танки. Можно подумать варвары древних времен. Эта настолько сюрреалистично, что порою сложно воспринимать их всерьез.

         – Почему, как Вы думаете, Кремль так сфокусировался на Вас лично?
         – В этом нет ничего нового. После первого же решения, которое я принял, став президентом, Путин решил, что я не в своем уме. (В советскую эпоху) они отправляли диссидентов в психиатрические лечебницы. Действительно, только безумец мог бросить вызов КГБ и пойти против России. Печальнее всего видеть, что некоторые на Западе разделяют их точку зрения. Я всего лишь горячий человек! Мы – южные европейцы, у нас соответствующий темперамент, у нас свои обычаи. Это не значит, что мы – иррациональны. Русские пытаются взвалить вину на одного человека. Они говорят себе, что если США убрали (в Ираке) лидера, который им не подходил, то почему им нельзя? Если Запад признал Косово, почему им нельзя действовать так же? Но каждый раз русские действуют, исходя из прямо противоположных мотивов. Они хотят избавиться от моего правительства, потому что мы – демократы.

         – Вы – незаменимы?
         – Я убежден, что грузинская демократия прекрасно будет функционировать и без меня. Да, некоторые оппозиционные партии, как будто вышли из каменного века. Но я вижу вокруг себя столько компетентных лидеров. Я ими восхищаюсь. В этом особенность грузинского опыта, которую Путин никак не может принять. Я – человек постсоветской эпохи. Я помню СССР, я учился в те времена, но, правда, не работал. Теперь у нас есть депутаты, министры и их заместители, которым 24-26 лет. Они с трудом помнят, кто такие Ленин и Сталин! Их менталитет совершенно другой. Отсутствие у них опыта – это сильное преимущество, в определенном смысле они намного лучше меня. У них нет комплексов. Им проще действовать. Это сильно отличается от ситуации в других бывших советских республиках, даже странах Балтии. Именно по этой причине грузинская демократия может прекрасно функционировать сама по себе. Я никогда не претендовал на статус отца этой нации. Этому народу не нужен отец, он – способен на самостоятельные зрелые поступки, что и доказал этот кризис.

         – Вы не боитесь за свою жизнь?
         – Об этом невозможно не думать. Можно выйти на улицу – и тебе на голову свалится кирпич. Пример Ющенко (президент Украины, которого пытались отравить) – один из наихудших сценариев. Они хотят, чтобы все жили в страхе. Тогда с нами будет покончено, а они победят. Именно поэтому я поехал в Лондон после отравления Литвиненко и настоял на том, чтобы телохранители предварительно не пробовали суси, которые я собирался есть.

         – На этой неделе Вы предали огласке аудиозаписи, которые доказывают массированное прибытие российских войск в Южную Осетию до Вашей атаки на Цхинвали вечером 7 августа. Почему эти разоблачения так запоздали?
         – У нас было 6000 фрагментов телефонных разговоров в Осетии. Нужно было все их прослушать, чтобы найти нужные записи. Они демонстрирую то, что и так было известно: русские никогда не знали, где находятся их границы. На это раз они совершили массированное проникновение, чтобы – это признал Койкоты (лидер осетинских сепартистов) – организовать этническую чистку деревень, причем не только грузинских, как все говорят, но в основном тех, где жили осетины, лояльные грузинской администрации.
         (. . . ) У меня работают много югоосетинцев. Самая известная правительница Грузии – царица Тамара – была осетинкой. Самый известный полководец 12 века был югоосетином. Они – часть этой страны. И что же делают русские? Они проникают на их территорию, превращают маленький город Цхинвали в военный лагерь и заявляют, что это – отделившаяся страна. А теперь посмотрите, в какой ситуации оказываются русские: североосетины никак не связаны с югоосетинами, разве только тем, что говорят на двух диалектах одного языка. (Эдуард) Койкоты, этот преступник – президент независимой страны, которую признали только Россия, Никарагуа, ХАМАС и Хезболла. Это все так абсурдно . . .

         – Но каким образом вы собираетесь вернуть эти территории?
         – Это – глубоко европейская проблема, и иной она быть не может (. . . ). В 21 веке крупная держава попыталась перекроить границы Европы, прибегнув к одностороннему применению силы. Если русским удастся выйти сухими из воды, они уже не остановятся. Почему бы, решат они, не вернуть себе Крым и страны Балтии? (. . . )
         Россия хотела свой Косово. Проблема заключалась только в том, что не было населения сравнимого по численности. Если смотреть на вещи с этой точки зрения, Осетия – фикция. Абхазия, 90% населения которой было вынуждено покинуть родные места, также Косово не является. Грузины всегда составляли большинство населения. Сталин создал эти автономию – Абхазию и Осетию – внутри Грузии, уж точно не с целью доставить удовольствие Грузии. Наоборот – он ей не доверял. Сталин знал, что делал, ему были необходимы рычаги. И он их получил, потому что абхазская и югоосетинская номенклатуры в основном представляли меньшинства и отчитывались напрямую перед Москвой, они не хотели подчиняться какой-то там независимой Грузии.
         (. . . ) Абхазы сами поймут, что попали в переделку. У них нет независимости, они зависимы на 100%. Речь уже не идет только о Грузии. Русские пытаются раздуть огонь двумя способами: деньги и жестокость. Жесткость порождает оппозицию, которая может стать радикальной. А денег может и не хватить. Как же эти народы смогут выжить? Николай Первый был жесток, они покорил Кавказ кнутом. . . Александр Второй проводил либеральные реформы, и Кавказ его поддерживал. Я это неоднократно объяснял Путину, но, судя по всему, он хотел быть Николаем Первым. Все на этом не закончится. После того, как Россия создала прецедент, подобное может произойти в Крыму, Татарстане, республике Тыва. Путин хочет постоянно создавать кризисные ситуации, это позволит ему ощущать себя более востребованным и более защищенным.

         – Какими должны быть миссия и формат следственной комиссии, создание которой Вы поддерживаете?
         – Мы хотим, чтобы правда вышла на свет. Комиссия должна быть независимой. Я бы предпочел, чтобы в нее вошли не бюрократы, но независимые люди, такие, как Вацлав Гавел. Мы также предложили, чтобы парламент организовал публичные слушания. Нужно изучить не только события, которые произошли вечером 7 августа. Россия все время пользовалась неосведомленностью международного сообщества и отсутствием прозрачности. Президент Саркози был совершенно прав, когда сказал, что рассмотрение вопроса о беженцах нужно начинать с 1992 года. Нужно рассмотреть, как возникли конфликты, кто в них участвовал, какова доля вины России, Грузии, а также сепаратистов.

         – Не является ли эта война символическим концом 'революции роз'?
         – Нет, это – конец постсоветского пространства и иллюзий о порядке периода после 'холодной войны'. Она институционализирует завоевания революции. Произойди эта война двумя годами ранее, общество бы не выстояло. Тот факт, что оно пережило кризис, показывает, что наши усилия не пропали даром.

         – Вы не опасаетесь, что в ближайшие месяцы против Вас начнут проводить массовые акции протеста?
         – Если это произойдет, то станет еще одним подтверждением, что мы живем в демократической стране. Однако 76% населения меня поддерживает, почти столько же, сколько во времена 'революции роз', когда казалось, что я могу ходить по воде как по земле! Оппозиция вот уже пять лет неустанно требует проведения новых выборов, причем сильнее всего их голоса раздаются сразу после выборов. По крайней мере, теперь у нас есть ответственные группы оппозиции. Это также демонстрирует степень развития общества. Сейчас популярна умеренность. Через месяц состоятся выборы в Аджарии и в Тбилиси, которые станут лакмусовой бумажкой. Но Россия не сможет спутать наш политический календарь. Она добивается именно этого, но у нее ничего не получится.

    Петр Смоляр (Piotr Smolar), («Le Monde», Франция).
    © «
    ИноСМИ», 21.09.08.


    НАВЕРХ НАВЕРХ

    С финансовым кризисом в России ставки для Путина растут

    Это самое серьезное финансовое испытание для России после 1998 года.

         На протяжении последних восьми лет политическое могущество российского лидера Владимира Путина зиждилось на, казалось бы, непобедимой комбинации стремительного роста экономики, благодаря которому средний доход россиян увеличился в восемь раз, и планомерных шагов по консолидации контроля над правительством, СМИ и деловыми кругами, что позволило подавить всю значительную оппозицию.
         Однако потрясения, произошедшие на прошлой неделе на фондовых рынках и в банках, внезапно притушили блеск российской экономики и поставили под вопрос непреходящую жизнеспособность формулы Путина.
         Развивающиеся рынки по всему миру испытали на себе негативный эффект финансового кризиса в США по мере того, как кредиты испарялись, а инвесторы продавали акции, чтобы компенсировать ущерб, понесенный в других областях. Однако фондовый рынок в России упал сильнее и быстрее, чем другие крупные рынки.
         Создалось впечатление, что банки парализованы, истерзаны слухами о дефолте, и не желают или не могут выдавать кредиты. Биржевые индексы упали до показателей трехлетней давности, в связи с чем Кремль был вынужден принимать срочные меры. Даже после пятничного повышения курса акций, рынок упал более чем на 50% по сравнению с маем, потеряв почти 800 миллиардов долларов США в стоимости бумажных денег.
         Этот кризис является для правительства самым серьезным испытанием экономики с 1998 года: тогда Россия оказалась не в состоянии погасить долги, и курс рубля обвалился. Путин считается лидером, который спас Россию от этих неприятностей, при нем ежегодный рост составил 7 процентов, уровень бедности сократился вдвое, средний класс активно развивался, а Москва стала одним из самых дорогих городов мира. В то же самое время народ в большинстве своем не возражал против свертывания демократических реформ – многие считают это ключевым фактором возрождения нации.
         Кремль сейчас находится в более выигрышном положении, чтобы справиться с нынешним кризисом, в отличие от предыдущего раза. Благодаря тому, что страна практически не имеет долгов, а также бюджетному профициту, золотовалютным резервам, чей размер превышает 550 миллиардов долларов США, а также другим резервным фондам в общей сложности составляющим 172 млрд. долларов США, правительство до сего времени было в состоянии предотвратить массовое изъятие вкладов из банков и не допустить масштабных финансовых потрясений.
         Путин, выступая в пятницу на инвестиционном форуме, заявил, что 'все фундаментальные показатели российской экономики остаются в пределах нормы'. Кремль же выдал экстренный заем в размере 44 млрд. долларов США главным банкам страны и сообщил, что планирует потратить дополнительные 20 млрд. долларов на покупку акций для поддержки фондового рынка.
         Нужно отметить, что критически настроенные эксперты предупреждали: экономика страны остается в сильной зависимости от экспортных поставок нефти, а в России доминирует политическая система, которую иностранные инвесторы считают непредсказуемой и зачастую враждебной.
         'Дело не только в ценах на нефть, большую роль играет климат в целом', – сказал Олег Буклемишев, главный аналитик 'МК Аналитика', который ранее занимал высокие должности в правительстве. – У них есть крупные средства, которые они могут использовать на целевые программы. Но деньги сконцентрированы лишь в нескольких местах, и они не умеют распределять их и использовать для развития экономики'.
         Путин ренационализировал ключевые отрасли промышленности и расширил долю участия государства в экономике, однако государственный сектор остается коррумпированным и мало эффективным, а чрезвычайные меры приведут к усилению контроля со стороны государства. Буклемишев сказал: 'Очень многое будет зависеть от того, как они себя сейчас поведут . . . Если они не сделают правильных шагов, резервы могут улетучиться в один миг'.
         Российский фондовый рынок достиг пика в мае, после того, как Путин оставил президентское кресло и предал бразды правления выбранному им преемнику, Дмитрию Медведеву, который, в свою очередь, незамедлительно назначил его премьер-министром. Инвесторы, вроде бы, испытали прилив энтузиазма от путинского выбора, потому что Медведев позиционировал себя как политика умеренных взглядов, сторонника экономических и политических реформ.
         Однако в конце мая развернулась ожесточенная борьба за контроль над ТНК-ВР, третьей по величине нефтяной компанией в России. Российские магнаты, которым принадлежала половина акций компании, казалось, заручились поддержкой государственных чиновников в борьбе со своим партнером, британским энергетическим гигантом ВР. Власти инициировали налоговую проверку компании, в ее офисах проводились обыски и а большинству ее иностранных сотрудников отказали в обновлении виз. Роберт Дадли, главный управляющий, пользовавшийся поддержкой ВР, был вынужден покинуть страну 24 июля.
         День спустя Путин еще больше встревожил инвесторов, когда на совещании со стальными баронами в Нижнем Новгороде обвинил 'Мечел' (российскую угледобывающую и сталелитейную компанию) в ценовом сговоре. Миллиардер-собственник 'Мечела' Игорь Зюзин под предлогом болезни не присутствовал на совещании, и Путин с мрачным юмором предложил послать к нему 'доктора и зачистить все эти проблемы'.
         Из-за этой угрозы, транслировавшейся по всем официальным телеканалам, рынки вошли в штопор, а стоимость акций 'Мечел' упала на 50%.
         Затем цены на нефть после июльского рекорда в 147 долларов за баррель на прошлой неделе упали до 91 доллара. Экономический бум путинской эры подпитывался длительным ростом цен на нефть. Налоговые поступления из энергетического сектора составляют почти половину отчислений в федеральный бюджет.
         Министр финансов Алексей Кудрин заявил с пятницу, что бюджет в следующем году останется сбалансированным, даже если цена за баррель упадет до 70 долларов. «Если цена на нефть упадет ниже, до 40-50 долларов за баррель, добавил министр, – то в действие вступит резервный фонд, и мы сможем более трех лет не чувствовать этих колебаний на нефть для целей бюджета».
         Кроме вопросов, связанных с нефтью, аналитики полагают, что еще одна проблема России заключается в нескончаемых сомнениях в отношении инвестиционного климата в стране, вызванных концентрацией политической власти в руках Кремля. Эти страхи усилились, когда в прошлом месяце началась война между Россией и Грузией. Резкая антизападная риторика Путина вызвала опасения в том, что на западных инвесторов могут начаться гонения, а государство получит еще больший контроль над экономикой. По оценкам BNP Paribas, в течение несколько недель после окончания войны инвесторы вывезли из России около 35 млрд. долларов.
         'Когда правительство предпринимает шаги, которые пугают людей, это сказывается на капитале, – сказал Харви Савикин (Harvey Sawikin), основатель Firebird Management, хеджевого фонда, который специализировался на России, а теперь избавляется от российских активов. – У нас вызывает обеспокоенность страна, находящаяся в прямом конфликте с Западом, особенно при этом экономическом климате'.
         Потрясения на рынках в первую очередь почувствовали состоятельные россияне, потому что большинство граждан страны хранят сбережения в наличных. Пока неясно, станут ли олигархи серьезной политической проблемой для Путина, который запугал их и тем самым добился их молчания.
         'Хватит ли у них смелости, чтобы надавить на него? Сомневаюсь. Они терпят убытки, но они так напуганы, что побоятся открыть рот', – сказал Александр Лебедев, миллиардер, владеющий 30% акций 'Аэрофлота' и долей в одной независимой газете. Он сравнил магнатов, вхожих в ближний круг Путина с членами королевского двора, которые слишком озабочены снисканием милости и помощи в проворачивании деловых операций, чтобы рисковать разгневать его своими жалобами.
         Если кредитный кризис распространится на другие отрасли экономики, например, на сектор недвижимости, давление на Кремль может возрасти. Рост инфляции – политическая проблема. Большинство аналитиков прогнозируют, что в этом году инфляция составит 14 или 15 процентов. Таким образом, впервые за годы правления Путина средний россиянин в конце года окажется в более затруднительном положении, чем в его начале.
         В последние месяцы россияне, обеспокоенные ростом цен, провели по всей стране ряд небольших акций протеста. Евгений Гонтмахер, вхожий к Медведеву экономист, считает, что зимой и весной стоит ожидать более масштабных демонстраций, потому что цены на продовольствие растут быстрее, чем инфляция.
         'Люди пытаются заработать на воздухе, вместо того чтобы вкладывать деньги в реальное производство или бизнес', – сказал о кризисе на фондовом рынке 40-летний бизнесмен Иван Смольный, участник демонстрации в Красноярске. Он также с сожалением отметил, что правительство не инвестирует в инфраструктуру. Так за первые шесть лет правления Путина протяженность российских асфальтированных дорог увеличилась на 0,1 процента.
         Михаил Бергер, профессор Высшей школы экономики, сказал, что в Кремле за определение пути развития экономики России ведут борьбу две фракции: одна заинтересована в проведении дальнейших рыночных реформ и интеграцию в мировую экономику, вторая выступает за усиления государственного контроля и проведение более изоляционистского курса в отношении Запада.
         Создается впечатление, что Путин склонен разделять мнение второй фракции, поскольку после грузинской войны он неоднократно заявлял, что российская экономика может процветать и без США или Европы. Однако после краха на фондовом рынке он смягчил тональность своих заявлений и начал делать авансы западным инвесторам.
         'Через взаимные инвестиции мы становимся более зависимыми друг от друга, – сказал Путин в пятницу и добавил. – «Мы делаем ставку на частную инициативу, предпринимательскую свободу, открытость и рациональную интеграцию в мировую экономику»,
         Константин Сонин, московский экономист и экономический обозреватель одной из газет, сказал, что производимое правительством вливание средств фондов в финансовую систему в будущем приведет к росту инфляции и спасет коррумпированные и неэффективные банки от закрытия.
         'Чем более персоналистским является режим, тем менее он подготовлен к подобным кризисам, – сказал Сонин. – Подобные режимы обычно или проявляют себя с действительно неприглядной и репрессивной стороны, или показывают замечательные экономические результаты. Если экономика оставляет желать лучшего, режим начинает проявлять свои неприглядные стороны, и я не уверен, что элита России к этому готова'.

    Филип Пэн (Philip P. Pan), («The Washington Post», США).
    © «
    ИноСМИ», 21.09.08.


    НАВЕРХ ПОДПИСКА ПОЧТА
    /gov/pr/opr275.html
  • О проекте | Контакты | Архив сайта
    (с) Copyright by vff-s.ru. All rights reserved.